<<
>>

КАК ПОНИМАТЬ ПРИДНЕСТРОВСКИЙ КОНФЛИКТ? ПОПЫТКИ ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЯ

  О              соотношении этнической и этнокультурной идентичности молдаван и румын написано немало. К сожалению, большая часть этой литературы, как советского, так и постсоветского периодов, как отечественной, так и зарубежной, насыщена идеологической или политической грозовой предвзятостью.
Эта предвзятость немедленно обнаруживается при интерпретации и особенно при вынесении оценочных характеристик событиям, сыгравшим ключевую роль в переломных моментах истории правобережного и левобережного населения, в приклеивании молдавскому населению в первом случае - ярлыка исключительности, во втором - ярлыка неполноценности.

Сошлемся на четыре хрестоматийные даты. Одно из течений историографии трактует результаты Ясского мира 1791 г. как "присоединение территории Нижнего Приднестровья к России" и начало "спокойного и благополучного развития этого региона", не знавшего далее почти 130 лет массовых кровопролитий, вплоть до начала гражданской войны"9. Согласно другому подходу результатом Ясского мирного договора явилась "аннексия территорий Левобережья Днестра Российской империей"10, Бухарестский мир, подписанный М.И. Кутузовым в 1812 г., в одних случаях трактуется как "освобождение от турецкого ига и присоединение Бессарабии к России", в других - прямо с противоположных позиций: как "расчленение молдавской государственности" и "захват Россией правобережной части Молдовы".

В русле первого дискурса политический итог 1918 г. предстает как "предательство буржуазных националистов", в русле второго - как "торжество исторической справедливости", главное событие 1940 г. - в одном случае как "воссоединение с советской Родиной", в другом, как очередная "аннексия правобережной части Молдавии Советским Союзом1 1.

Трагическое кровопролитие на Днестре, унесшее 500 человеческих жизней, оставившее 899 раненых, в том числе 189 искалеченных и 50 человек, пропавших без вести, только с одной Приднестровской стороны, в Тирасполе трактуют как "агрессию Молдовы против ПМР", ставившей себе задачей "сохранения антинародного режима тоталитарной власти мононациональной бюрократии", а в Кишиневе - как "восстановление конституционного порядка".

Подобным разновекторным толкованиям событий, фактов, результатов, увы, несть числа.

Полярность взглядов, разумеется, отнюдь не случайна. Она обусловлена тем, что на земле бывшей союзной республики, пересекаются два геополитических полюса борьбы за прекрасный уголок постсоветского пространства. С претензиями на решающее влияние выступают Запад в лице Румынии и Восток в лице России. Не лишена подобных амбиций и претендующая на самостоятельную роль в геополитических спорах нынешняя самостийная Украина.

Раскол Молдавии, спровоцированный, во-первых, слабеющей центральной властью Советского Союза, во-вторых, усилиями идеологов Народного фронта, поддержанных заинтересованными лицами и учреждениями за рубежом, к старым жгучим вопросам добавил ряд новых. Одним из таких фундаментальных вопросов стала проблема этнической и гражданской идентификации молдаван по обе стороны Днестра. Для части молдаван правобережья возник мучительным вопрос о соотношении молдавской и румынской идентичностей. После объявления Приднестровья республикой, для проживающих в ней молдаван стал актуальным вопрос, кто они такие? Остались ли они неотъемлемой частью молдавского этноса или обрели статус диаспоры? Точно такой же вопрос вправе себе задать и часть правобережных молдаван.

Все смешалось. Где "центр" молдавского народа, где его диаспора? На правом или на левом берегу Днестра? Увы, несмотря на парадоксальность, эти вопросы обрели далеко не шуточное значение.

Россия как правопреемница Советского Союза совершила в определенном смысле предательство по отношению к 25 млн русских, оказавшихся волею судьбы в пределах 14 бывших союзных республик. Приходится констатировать, что несмотря на усилия отдельных депутатов и фракций Государственной думы Российской Федерации (РФ), манифестирующих заботу о своих соотечественниках, эта группа русского населения, вместе с еще

  1. млн русскоговорящих, оказалась обреченной на деформацию своей этнической идентичности, как показали это в недавних публикациях ряд американских и российских ученых и в первую очередь профессор Дэвид Лейтин12, а также Л.В.
    Остапенко и И.А. Субботина13. Несмотря на всю сложность этнополитической ситуации и положения русских в новых государствах ближнего зарубежья, коррекции, вносимые в формирующуюся новую идентичность, не привели к противостоянию одной части русского населения против другой его части. Что же касается молдавского населения, разделенного Днестром и многовековой историей, то оно, увы, не избежало этой участи. Раскол этнической идентичности прошел внутри самого народа, когда в кровавый конфликт оказались втянутыми молдаване с одной и с другой стороны.

В связи с этим возникает еще один вопрос: можно ли считать Приднестровский конфликт межэтническим, внутриэтническим или внеэтническим? Четкого ответа на этот вопрос пока еще никто не дал.

Независимо от ответа на этот вопрос, остается проблема идентификации групп, втянутых в затянувшийся конфликт. В самом деле, кем были, кем себя чувствовали правобережные и особенно левобережные молдаване до, во время, в моменты его наивысшей эскалации и после конфликта?

Для того чтобы получить ответ на этот вопрос, необходимо знание и понимание того, в каком состоянии находятся теперь самоощущения самих приднестровцев: кем они себя чувствуют в этноисторическом, этнокультурном, этнополитическом планах? Каково их отношение к своей территориальной (региональной), гражданской (этатистской), политической идентичности.

  1.  
<< | >>
Источник: Губогло М.Н.. Идентификация идентичности: Этносоциологические очерки / М.Н. Губогло; Ин-т этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая. - М.: Наука,. - 764 с.. 2003

Еще по теме КАК ПОНИМАТЬ ПРИДНЕСТРОВСКИЙ КОНФЛИКТ? ПОПЫТКИ ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЯ:

  1. КАК ПОНИМАТЬ ПРИДНЕСТРОВСКИЙ КОНФЛИКТ? ПОПЫТКИ ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЯ
  2. 9. ПРЕДСТАВЛЕНИЯ О ПРЕОДОЛЕНИИ МЕЖЭТНИЧЕСКИХ КОНФЛИКТОВ