<<
>>

3.1.Социум - объективация потенциального социального мира личности

Выше мы уже указали на наличие генетической связи между биологическим организмом человека как продуктом первой природы и личностью как потенциальным социальным миром или второй природой.
Теперь нам предстоит проанализировать, как из потенциальной формы органически вытекает объективированная форма социального мира. В этом переходе и состоит суть социального движения как промежуточного звена между биологической и космической формами существования универсума. Итак, исходя из нашей гипотезы, социальная фаза самодвижения универсума состоит из взаимодействия субъективных и объективных процессов. Такой альянс имеет безграничное поле развития, следовательно, социальная форма движения безгранична. Она имеет геологический характер и космическую направленность движения. Надо отметить, что в определении ее содержания имеются существенные расхождения. Так, например, А.П.Белик характеризует ее так: “Социальная форма, вид материи ( это понятие философии, обозначающее субстанцию социальной формы движения, высший вид материи, способной к ускоряющемуся саморазвитию, самосовершенствованию при участии и под контролем порождаемой ею же своей противоположности ( сознания, духа, разума, мысли. Социальная форма движения представляет собой процесс и результат постоянно углубляющегося открытого синтеза универсального воспроизведения-преобразования всех предшествующих видов материи и форм движения путем сознательно-целеполагающей, орудийно-опосредствованной деятельности разумных живых существ по мере развития их способностей, овладения законами природы с целью удовлетворения своих потребностей”112. Нам представляется, что данное определение социального движения приводится исследователем, как бы находящимся внутри него. Нас оно не устраивает по нескольким причинам. Во-первых, потому, что социальная форма движения основывается не на одной материи, а есть фаза самодвижения универсума как бинарного основания Вселенной.
Во-вторых, сознание, дух, разум, мысли не противостоят материи в социальной форме, а, как мы показали, вместе с материей представляют собой качественно новое образование ( субъективированный человеком универсум. Другими словами, в социальной форме самодвижения универсума присутствует все богатство его атрибутивных свойств. В-третьих, данное определение не указывает на возможность выхода социальной формы движения на более высокий, космический уровень движения. Поскольку социальная форма движения вышла из субстанционального основания Вселенной, то она и должна в него вернуться, совершив гигантский по масштабам и времени кругооборот. Парадоксально, но факт то, что даже в “Философской энциклопедии” данного понятия нет, а среди 150 терминов с прилагательным “социальный” (таких как “социальная патология”, “социальная норма патологии”, “социальная патология знаков”, “социальная физика”, “социальная физиология”, “социальное отклонение”, “социальное расчленение”, “социальные болезни”, “социальный инстинкт”, “социальные реакции у животных” и других) отсутствуют понятия “социальное движение”, “социальная форма движения” и т.д. Правда, однажды приводится понятие “социальные движения”, но в смысле “народные движения”. Здесь мы должны в ходе изучения процесса отчуждения потенциального социального мира понять, как это происходит технологически. Для этого надо изменить подход к изучению проблемы. Последнее мы достигаем тем, что, анализируя переходы универсума из одной стадии в другую, мы идем не от уже существующего социального мира к сущности, как обычно принято изучать данное явление, а движемся в обратном направлении, то есть от первой природы через человека ко второй природе. На принципиальную возможность такого направления движения поиска указывает Гегель: "Основание есть, с одной стороны, основание как рефлектированное в себя определение содержания, присущее наличному бытию, которое оно основывает, а с другой оно то, из чего должно быть понято наличное бытие; (на самом деле указывает он), наоборот, от наличного бытия заключают к основанию, и основание становится понятным из наличного бытия"113.
При таком способе объяснения социальное явление "просто и весьма удобно вытекает из своего основания". Выше показано, как в ходе формообразования человека от него отчуждается во внешнюю среду специфическое содержание. Так происходит процесс частичного отчуждения индивидуальной жизни от ее источника человека. Вот судьбу этого удивительного продукта мы и рассмотрим как начальный момент самопорождения реального социального мира. Существование отчужденных продуктов во внешней среде и есть социальное. Для того, чтобы установить специфику социального, мы вновь вынуждены обратиться к гегелевскому учению о сущности понятия для того, чтобы рассмотреть самодвижение сущности "социального" по трем стадиям, а именно: существования явления или бытия действительности. Итак, мы исходим из того, что на стадии существования сущность "социального" представлена коллективным энергетическим полем, возникшим на основе интеграции индивидуальных силовых полей. Поскольку самосознание произвело его как понятие и отбросило его в форме энергетического импульса за пределы головы человека, то оно опосредуется для других участников силового поля тоже понятием, а "такое опосредствование есть разум"114. Механизм, благодаря которому получен трансперсональный продукт, есть действие, понимаемое здесь в такой интерпретации, какую дает ему психологическая наука. Несколько ранее мы уже особо подчеркивали то обстоятельство, что психологическая наука в качестве своего основного предмета рассматривает категорию "действие". Мы выше уже рассматривали его как элемент механизма самоактуализации человека. Для нас принципиально важно подчеркнуть определение содержания данной категории. Как пишут В.П.Зинченко и Е.Б.Моргунов: "Действие это живая форма, подобна органической системе, в которой развиваются не только присущие ей свойства, но и складываются, формируются недостающие такой системе (функциональные - В.Б.) органы"115. На основании такой трактовки психологами категории "действие" мы рассматриваем интеграцию людей между собой как интеллектуальное взаимодействие.
При этом отличие "интеллектуального" от "социального" состоит только в том, что первое есть отчуждаемый человеческим организмом во внешнюю среду единичный продукт, а второе есть совместное функционирование этих отчужденных продуктов во внешней среде. При интеграции интеллектуальных продуктов, производимых отдельными индивидуумами в органическую систему, функционирующую в иной среде, наблюдается изменение их качества. Это обычное дело проявление новых качеств субстанции при изменении условий существования. По-иному можно сказать, что здесь мы имеем дело с духовной формой общения субъектов исторического действия между собой по принципу “субъект - субъект”. Это такой процесс, который соответствует значению термина “Verkehr”, введенному К.Марксом и Ф.Энгельсом в работе “Немецкая идеология”. Общение как явление межсубъектного характера обстоятельно рассмотрено М.С.Каганом в работе “Мир общения”, который писал о том, что “в процессе и в результате общения происходит отнюдь не обмен идеями или вещами, а превращение состояния каждого партнера в их общее достояние. Общение порождает общность, а обмен сохраняет обособленность его участников”116. Э.Дюркгейм, например, пытаясь осмыслить связь: чем держится общество, которое ничто не трансцендирует, но которое самотрансцендирует всех своих членов, ( находит цементирующий источник в общности чувства по отношению к целям и идеалам и называет его "гражданской религией", связующей людей силой, которую не в состоянии уничтожить даже технический прогресс. Нельзя не обратить внимание на то, что если З.Фрейд легитимизировал анализ бессознательного в структуре человека, К.Юнг вывел эту проблему за пределы отдельного человека и предложил теорию, то Узнадзе открыл механизм формирования бессознательного. Если Фрейд обратился к онтогенезу бессознательного, Юнг осветил филогенез, Узнадзе и его школа попытались сделать его параметрическое описание, то Е.А.Донченко предприняла попытку осветить его действие как саморазвивающуюся систему на стороне коллективного целого.
При этом Е.А.Донченко совершенно права, когда пишет о том, что "с момента вхождения научного мировоззрения в область признания возможности раздельного и независимого существования материального субстрата (мозга) и психики (сознания и различных форм бессознательного), начинается новый виток гуманитарной науки, подготовленный достижениями в области естественных наук"117. Здесь важно только постоянно помнить о предупреждении М.Вебера о том, что "не все типы действия в том числе и внешнего являются "социальными" в принятом здесь смысле. Внешнее действие не может быть названо социальным в том случае, если оно ориентировано только на поведение вещных объектов. Внутреннее отношение носит социальный характер лишь в том случае, если оно ориентировано на поведение других"118. Действие это не столько внутренний продукт человека, сколько его взаимодействие с внешними структурами общества. Здесь уместно привести определение действия П. Штомпкой, который пишет: "Действие" ... является атрибутивным понятием; оно суммирует определенные свойства социальной фабрики, эту "действительно действительную действительность" социального мира. Оно представляет собой то место, где сходятся структуры (способности к операциям) и агенты (способности к действию); это синтетический продукт, слияние структурных обстоятельств и способностей деятелей. В таком виде действие обусловлено двояко: "сверху" балансом напряженностей и ограничений, а также ресурсами и возможностями, обеспечиваемыми существующими структурами; и "снизу" умениями, талантами, мастерством, знаниями, субъективными отношениями членов общества и организационными формами, в которых они соединяются в коллективы, группы, социальные движения и пр. Но действие не сводимо ни к тому, ни к другому; по отношению к обоим уровням (тотальностей и индивидуальностей) оно составляет новое, возникающее качество"119. Итак, мы утверждаем, что сущность "социального" на стадии существования предстает перед нами как взаимодействие индивидуальных разумов, которое мы рассматриваем как "социальный интеллект", в отличие от интеллекта индивида.
Механизм этого взаимодействия очень хорошо описал Л.Гумилев через понятие "пассионарность" (от лат. слова passio - страсть), под которым он понимал "эффект, производимый вариациями этой (интеллектуальной - В.Б.) энергии, как особое свойство характера людей. При этом он подчеркивал, что "пассионарность это характерологическая доминанта, непреоборимое внутреннее стремление... к деятельности, направленное на осуществление какой-либо цели"120. По своему происхождению - это пульсирующий энергетический объект тотального характера, из которого нам является полевая форма жизни, образующая в границах нашей планетарной системы социальный мир. На практике сформировалась и развивается теория действия, которая от Бакли до Арчер описала полный круг и значительно обогатилась. При этом теория действия начинает осознаваться как центральная проблема социологического теоретизирования. Это признают не только ее основатели, но и другие авторы, полагающие, что "через некоторое время она обещает стать той теоретической областью, в которой можно ожидать значительного продвижения"121. Ее основной вопрос сегодня это соотношение действия и структуры. Теперь посмотрим, что происходит с полевой формой разумной жизни на стадии явления, где она еще сосуществует в органическом единстве с материнской, то есть породившей ее формой жизни, и еще неотъемлема от человеческого организма. На второй стадии саморазвертывания понятия "социальное" мы, наконец, можем эксплицировать сущность социального мира, т.е. “показать как она является в наличном бытии"122. Переход сущности "социального" в свое бытие есть, следовательно, такой процесс, в котором результат и предпосылка различны лишь по форме. Здесь как сущность "социального", так и его бытие, социальный мир, конечное оба есть односторонние определения, каждое из которых переходит в другое и являет себя в другом как несамостоятельный момент, а также как производящее другое определение, которое оно несет в себе. Этот переход имеет два противоположных значения; с одной стороны, каждый из членов представляется как момент, то есть является чем-то переходящим от непосредственного к другому, так как каждый член есть нечто положенное; с другой стороны, это имеет также то значение, что каждый из них порождает другой. Таким образом, как одна, так и другая сторона есть движение. Здесь имеет место раздвоение взаимодействия на составляющие части. Одна из них заключена внутри живого телесного человеческого организма и проявляется как его основное атрибутивное качество индивидуальная человеческая деятельность, в то время как другая представлена многообразной совокупностью деятельностей людей или интегративной деятельностью, составляющей категорию родовой жизни человечества. В обществоведение, как известно, понятия "род", "родовая жизнь", "родовая сущность" внесены Л.Фейербахом, который считал, что родовая сущность позволяет каждому конкретному индивиду осуществлять себя в бесчисленном множестве разных индивидов. Рассмотрим более подробно соотношение индивидуальной и родовой деятельности. Их единство заключается в том, что и та, и другая есть сознательная жизнедеятельность человека, посредством которой первая природа обеспечивает чрез-себя-бытие, порождая при этом вторую природу. Поэтому К.Маркс, исследуя человека через призму второй природы, оказывается совершенно прав, когда рассматривает деятельность человека как сущность его жизни, а труд ( как основное атрибутивное свойство человеческого организма, как "субстанцию человека"123. К.Маркс, выделив категорию труда (а последний он рассматривал как "положительную творческую деятельность"124), смог выделить такую "систему систем", которая бы объясняла взаимодействие и субординацию всех ее "подсистем", и найти реально действующую систему, функционирующую по законам единого целого организма125. Через призму отчужденного труда К.Маркс объяснил происхождение родовой жизни человека. При этом он показал, как коллективная форма жизни на практике превращается в специфическую форму поддержания жизнедеятельности человека. "Отчужденный труд человека, ( писал он, ( отчуждая от него 1) природу, 2) его самого, его собственную деятельную функцию, его жизнедеятельность, тем самым отчуждает от человека род: он превращает для человека родовую жизнь в средство для поддержания индивидуальной жизни"126. При этом он предостерегал от того, чтобы противопоставлять "общество" как абстракцию индивиду. "Индивид, ( писал он, ( есть общественное существо. Поэтому всякое проявление его жизни, даже если оно не выступает в непосредственной форме коллективного, совершается совместно с другими проявлениями жизни, является проявлением и утверждением общественной жизни. Индивидуальная и родовая жизнь человека не являются чем-то различным, хотя по необходимости способ существования индивидуальной жизни бывает либо более особенным, либо всеобщим проявлением родовой жизни, а родовая жизнь бывает либо более особенной, либо всеобщей индивидуальной жизнью"127. Момент частичного отчуждения индивидуальной жизни или свободной деятельности в форме отчужденного труда закрепляется в структуре человека качественно новым фундаментальным свойством потребностью в общении и обмене деятельностью с другими людьми. Теперь уже для интеллектуально развитого человека другой человек становится крайне необходимым в качестве его неорганического продолжения для организации совместной продуктивной жизни. При этом процесс самоутверждения человека как сознательного родового ( существа, то есть такого существа, которое относится к роду как к своей собственной сущности или к самому себе как к родовому существу, закрепляется в бытии как практическое созидание и переработка предметного мира посредством разделения общественного труда. Таким образом, в бытии сущность социального раскрывается уже как обмен деятельностью между отдельным человеком и социальными группами, классами, наконец, человечеством. Обмен поднимает индивидуальные потребности человека и материальные объекты из сферы единичного в сферу общего, то есть в сферу живых социальных взаимодействий. Обмен деятельностью, а позже и товарами, привел к необходимости качественного и количественного анализа в общественной жизни. Для реализации этих функций потребовалось возникновение науки и денег. Взаимодействие людей между собой в силу специфики социальной среды имеет все признаки насилия над личностью, поскольку "социальный факт узнается лишь по той внешней принудительной власти, которую он имеет или способен иметь над индивидами"128. И здесь необходимо отдельно исследовать степень обязательности выполнения требований социальной среды, поскольку это действие сил сжатия, без которого немыслимо взаимодействие людей, а следовательно, и возникновение социального мира, где эта грань нарушена и имеет место насилие над личностью, ущемляющее ее развитие. Одновременно это единство формы как отношение бытия есть в бытии прежде всего становление, переход одной определенности бытия в другую, а если сказать конкретнее, то это и есть интересующий нас процесс перехода субъективной формы "социального" в объективную форму и наоборот, в то время как человек обыкновенно считает, что только нужда заставляет его приспосабливаться к реально существующему, порой враждебно ему противостоящему миру. В действительности же это единство с миром должно быть познано не как вынужденное отношение, а как отношение разумное. Разрешить эту задачу - значит объяснить способ их взаимодействия между собой, за которым уже, как известно, больше ничего нет. Таким образом, люди в ходе повседневной жизни, общаясь между собой, порождали определенный тип общественных отношений. Эти связи между людьми обеспечивали их совместную жизнь и развитие общественного организма. Вот почему на всех этапах истории человечества люди стремились развить и поддерживать в каждом представителе нового поколения личностную потребность в общении с себе подобными и овладении средствами общения, наиболее эффективными для данного типа культуры. Однако до определенного времени это был как бы побочный продукт их деятельности. Первым его заметил Л.Фейербах, для которого связь между людьми есть, по меткому определению К.Маркса, “внутренняя, немая всеобщность, связующая множество индивидов только природными узами”129. Силой, объединяющей “Я” и “Ты”, является, по Л.Фейербаху, любовь человека к человеку. Однако марксистами это долго не ставилось ему в заслугу, хотя К.Маркс считал своеобразным “подвигом“ Л.Фейербаха то, что одним из “основных принципов” своей “истинно материалистической теории он сделал “общественное отношение “человека к человеку”130. К.Маркс, а за ним и его последователи, считал, что отношение это является практическим, складывающимся в совместной производственной деятельности людей, а не врожденным ощущением общности “Я” и “Ты”. В их позиции явно просматривается грубый материализм и отрицание духовных стимулов в жизни людей. И только с наступлением индустриальной фазы развития общение и его продукт ( общественные отношения ( стали предметом специального теоретического анализа. Так, в “Немецкой идеологии”, как мы знаем, было особо подчеркнуто, что в процессе производства людям “необходимо было вступать во взаимоотношения друг с другом”, и что это-то их практическое общение “создало ( и повсеместно воссоздает ( существующие отношения”131. В.И.Ленин, в свою очередь, тоже подчеркнул, что люди “вступают в общение” в процессе совместной практической деятельности, что при этом складываются определенные общественные отношения132, однако сами люди не сознают того, каковы эти отношения, и попадают в прямую зависимость от характера данных отношений. М.С.Каган, характеризуя взаимосвязь общения и общественных отношений, писал, что между ними “существует взаимодействие, но оно описывается не в понятиях “форма” и “содержание” или “персонификация”, а скорее в понятиях ”процесс” и “продукт”. Общение есть реальная деятельность, разворачивающаяся процессуально, а общественные отношения - тип связи его участников, который становится структурой общества и, формируясь в процессе практического общения людей, его же и обусловливает”133. Кроме этого он, ссылаясь на К.Маркса, указывает на другой аспект диалектической взаимосвязи общения и общественных отношений ( осознанную целенаправленность общения (как формы деятельности субъекта) и неосознаваемую, спонтанную и обретающую стихийную власть над субъектами силу общественных отношений. Завершает характеристику их особенностей ссылкой на то, что третий аспект диалектики общения и общественных отношений "схватывается" связью понятий "непосредственные" и "опосредованные" или "прямые" и "косвенные". Для нас очень важен вывод М.С.Кагана о том, что “в каких бы формах общение не осуществлялось, его цель ( достижение общности (или повышение уровня общности) действующих субъектов их свободными совокупными усилиями при сохранении неповторимой индивидуальности каждого”134. Теперь посмотрим, что же происходит с сущностью "социального" на следующей стадии его саморазвертывания ( стадии действительности. Как известно из работ Гегеля, действительность это единство его сущности и существования. В ней имеет свою истину лишенная облика сущность и лишенное опоры явление, иначе говоря, неопределенная устойчивость и лишенное прочности многообразие. Данное единство внутреннего и внешнего как составных частей "социального" есть абсолютная действительность, которое есть абсолютным отношением его к самому себе субстанция, из которой состоит вторая природа. Поскольку развертывание абсолютного "социального" это его собственное действие, при этом такое, которое также начинается с него, как и приходит к нему, то это означает, что оно есть абсолютно абсолютное. Но абсолютное, которое дано лишь как абсолютное тождество, есть лишь абсолютное внешней рефлексии. Оно поэтому не абсолютно абсолютное, а абсолютное в некоторой определенности, другими словами, оно атрибут. Следовательно, сама абсолютная форма и заставляет его быть видимым внутри себя и определяет его как атрибут. Нам представляется, что результатом становления "социального" или его атрибутом является коллективизм как всеобщий принцип, способ совместной деятельности людей. Становление его необходимо для того, чтобы человечество вырвалось, наконец, из множества внешних зависимостей, и для того, чтобы создать внутри себя механизм саморазвертывания социального организма. К.Маркс писал, что социальное как способ совместной деятельности людей образует своего рода "тотальность человеческого проявления жизни" 1. Э.Дюркгейм, как известно, "признавал плодотворной идею Маркса о том, что социальная жизнь должна объясняться не представлениями ее участников, а более глубокими причинами, коренящимися, главным образом, в способе, которым сгруппированы между собой индивиды. Однако, согласно Э.Дюркгейму, эта идея, составляющая логическое завершение эволюции социальной мысли, никак не связана с социалистическим движением и "грустным зрелищем конфликта между классами"2. В.И.Ленин прямо указывал на то, что социальная сторона материального процесса есть объединение, сплочение и организация рабочих3. Еще на заре ХХ века самый утонченный и универсальный по духу представитель русской культуры, как отзывался о нем Бердяев, русский поэт и философ Вяч.Иванов в современной ему действительности находит “неложные признаки, указывающие на то, что индивидуалистическое разделение людей ( только переходное состояние человечества, что будущее стоит под знаком универсального коллективизма”4. По его убеждению, наступает время не только теснейшей общественной сплоченности, но и новых форм коллективного сознания. При этом верховной ступенью человеческого общежития, по его мнению, есть не организация, а соборность. Таким образом, проследив изменение сущности "социального" по цепочке существование явление действительность, мы теоретически воспроизвели саморазвертывание данного явления, вскрыли закономерности его перехода из одного состояния в свое иное, основывающееся на качественном преобразовании его содержания. Мы вплотную подошли к тому, чтобы изложить свое понимание указанной категории, зафиксировать обнаруженные выше ее наиболее существенные свойства, закономерные связи и отношения. Как видим, понятие “социальное” (как и “интеллектуальное”) тоже является составным образованием. Оно возникает в результате логического движения ряда исходных понятий, явлений, но уже не в человеческом организме, а во внешней среде. Поэтому приведем его модель, поскольку она поможет быстрее и надежнее закрепить данную логическую конструкцию в сознании (См.:Схему 6.). ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЧЕЛОВЕКА ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ ОБЩЕНИЕ КОЛЛЕКТИВИЗМ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ РОДА Схема 6. СТРУКТУРА КАТЕГОРИИ “СОЦИАЛЬНОЕ” Как вытекает из вышеизложенного, "социальное" это способ, каким универсум (а человечество есть лишь его обобщенный субъективный образ) являет себя в условиях Земли. Суть его заключается в том, что универсум вначале выступает как пульсирующее квантово-корпускулярное энергетическое поле, возникающее на основе интеграции интеллектуальной энергии индивидуумов, проявляющееся в бытии как тотальный процесс обмена деятельностью между людьми, обнаруживающий и утверждающий себя на практике посредством коллективизма. Отсюда должно быть теперь ясно, почему все моральные системы мира вращаются вокруг взаимопонимания, справедливости, сплоченности и солидарности участников общего жизненного процесса. Теоретическое познание сущности социального мира подводит нас к формализации основного закона его развития, поскольку "закон и сущность ( понятия однородные", выражающие углубление познания человеком явлений, мира. У нас есть все основания считать основным законом саморазвертывания социального мира интенсификацию процесса обмена деятельностью между людьми, а усиление кооперативных начал в жизни планетарного человечества рассматривать как его закономерный практический результат. Но социальное как процесс приводит к появлению социального продукта. Это закономерно, ибо нет процесса без продукта, как нет и продукта без процесса. По нашей гипотезе, таким продуктом первичного отчуждения человека есть социум. К большому сожалению, для отечественной философской мысли данное понятие мало что значит. Оно просто выпало из ее проблемного поля. Долгое время мы считали его "находкой" западной философской мысли. Для нас было достаточно оперировать категорией "общество", которая была продуктивным средством при материалистическом анализе социальной реальности. Отрадно, что сегодня это понятие, наконец, становится предметом внимания российской и отечественной социальной философии 135. Итак, объективированный социальный мир или социум складывается под влиянием всех обстоятельств, то есть оказывается продуктом двойной детерминации ( основанием и условиями. При этом личность как основание порождает содержание социального мира в процессе самоорганизации субстрата "социальное", а условия квантируют его в специфические узлы ( сгустки социального содержания ( интеллигибельной материи. Для того, чтобы глубже понять функцию человека в саморазвертывании универсума, сначала рассмотрим самопорождение содержания "социального" под воздействием основания или внутренних сил, а затем займемся анализом способа его дозирования под воздействием внешних условий. В понятии стремления к формированию заключается то, что формирование происходит не слепо, то есть посредством сил, которые свойственны универсуму как таковому, но что к необходимому, содержащемуся в этих силах, присоединяется случайное чужое влияние, которое, модифицируя формирующие силы универсума, одновременно заставляет их производить определенный субстрат социального мира, который относительно устойчив и повторяется в основных своих чертах на протяжении веков, обладает способностью к постоянному обновлению, а также одновременно входит в состав субъективированной и объективированной частей социального мира. Следовательно, силы, которые действуют в родовой жизни, не особенные силы, присущие только второй природе; то, что вводит эти силы в игру, результатом которой есть разумная жизнь, должно быть особенным началом, которое как бы изымает разумную природу из сферы всеобщих сил природы и перемещает то, что было бы мертвым продуктом формирующих сил, в высшую сферу, сферу разумной жизни. Такой качественный скачок здесь возможен только за счет коллективного мышления, которое, в отличие от мышления отдельного человека, уже теряет черты негэнтропийности. Коллективное мышление, как вытекает из вышеизложенного, напрямую причастно к продуцированию интеллектуальной энергии человеком. Это связано с тем, что коллективный субъект способен в процессе мышления продуцировать научные знания, придавая информации однородный фенотипический характер. Попутно заметим, что знания как логические конструкции обусловливают внутреннее напряжение в определенном пространстве, которое занимает актуализированный социальный мир. Это достигается за счет того, что знания, представляющие собой смыслы, квантированы и упакованы в идеи. Между ними и возникают энергетические поля. Но для этого должна сложиться критическая масса мыслительного материала. Тогда родовая жизнь этноса приобретает единое русло развития, с которым у каждого его участника возникает устойчивая прямая и обратная связь. Действуя в качестве побудительной причины, смысловое поле становится центром кристаллизации мыслей людей, направляющих их действия на достижения определенных целей. Так из мыслей людей формируется своеобразное смысловое ядро, которое становится аттрактором процесса порождения локального социального мира. Вследствие этого стихийно возникают локальные очаги социальности, занимающие, как правило, те части пространства, в которых сосредоточена элита того или иного этноса. Итак, порождение социального содержания есть, как мы выше показали, продуктом интеллектуального взаимодействия людей между собой. Однако такое понимание продуцентов социального мира было не всегда. Первоначально "агент" помещался не в человеческом и социальном мирах, а в область сверхъестественного мира. На следующей стадии он был спущен на Землю. Порождение социального содержания стали усматривать в действии физических, биологических, климатических, географических и даже астрологических сил. Прошло некоторое время, и энергию субъекта действия стали приписывать отдельным людям пророкам, героям, лидерам, изобретателям и гениям. Только к концу ХХ столетия, наконец, появилось "осознание того, что, хотя каждому индивиду принадлежит лишь маленький голосок в общем хоре социальных изменений, последние являются совокупным результатом деятельности всех. На каждого распределена лишь небольшая, практически невидимая часть власти "агента", но вместе они всемогущи"136. Исходя из того, что процессу объективации подвергается тот же материал, что только претерпел субъективацию, то мы вправе полагать, что данный процесс осуществляется по одному и тому же алгоритму. Это значит, что процесс объективации должен начинаться с того продукта, который явился результатом индивидуальной субъективации первой природы, то есть с умонастроения людей, а точнее их социального образования ( этносов. При этом процесс объективации как бы противостоит субъективации, поскольку оборачивается и начинает движение в обратном направлении. Другими словами, в ходе объективации индивидуально произведенные или субъективированные продукты ( сущностные силы ( должны трансформироваться в коллективно произведенные или объективированные продукты ( элементы общества. Сами продукты процесса нам известны. Нам неизвестен способ их взаимосвязи. Последний как раз и является здесь предметом нашего внимания. Итак, исходной точкой процесса объективации является отчуждение человеческой личностью, а точнее всеми живущими на планете людьми, потенциального содержания социального мира во внешнюю среду. Здесь отчуждаемый продукт индивидуального производства приобретает вид специфического продукта, который получил название умонастроение народа. “В государстве дух народа ( нравы, законы ( является господствующим началом”137, - справедливо писал Гегель. В человеческих коллективах или этносах избыток интеллектуальной энергии порождает флуктуации, всплески целенаправленной активности, описанной Л.Гумилевым на богатейшем историческом материале как пассионарные толчки. К явлениям этого же порядка, видимо, следует отнести идеи Ницше о “фаустовской душе” и “жизненном порыве” А.Бергсона. В момент избытка интеллектуальной энергии наблюдается особое состояние умонастроения народа, из которого формируется особое этническое поле. Именно из него затем уже возникают элементы локальных и планетарного социального полей. Анализ данного явления стал предметом теории ноосоциогенеза. Движение потенциальных социальных миров вызвано их имманентным стремлением выйти наружу и проявиться, то есть приобрести конечность в реальном измерении нашей планетарной системы. В этом состоит функция личности как основания реального социального мира. Но это только одна причинная часть социального мира, другая же, как выше было подчеркнуто, связана с условиями нашей планетарной системы. При этом важно отметить, что если основание обеспечило разумный характер второй природы, то конкретные условия, в которых идет процесс продуцирования социального содержания, призваны детерминировать параметры социальной системы. Последние носят ситуационный характер, поскольку связаны с этапом развития планетарного человечества, например, тип цивилизации, характер разделения общественного труда, господствующая форма собственности, вид общества и т.д. Теперь настала пора рассмотреть место и роль условий как второй детерминанты формообразования содержания социального мира. Условия, как известно, ( это то непосредственное, с чем основание соотносится как со своей существенной предпосылкой; поэтому реальное основание по существу своему обусловлено. Содержащаяся в нем определенность есть инобытие его самого. Условия обладают для этого оригинальным исполнительным органом и механизмом. Рабочим органом условий является ближайшая окружающая среда, в которой непосредственно происходит взаимодействие людей между собой. Как отмечает В.Г.Афанасьев, “в силу различного влияния внешней среды на систему обычно понимают среду и в широком смысле как всю действительность, окружающую систему, и в узком смысле как существенное, необходимое окружение системы, то самое, во взаимодействии с которым система проявляет свои свойства, свою целостность, определенность, и не только определяет, но и формирует определенные свойства ( свойства, позволяющие ей не раствориться в среде, а функционировать и развиваться относительно самостоятельно”138. Из вышеизложенного ясно следует понимание того, что условия (окружающая среда) играют в самоорганизации социума на микроуровне ту же роль, что в первой природе выполняет человеческий организм, то есть она становится полноправным субъектом геологического процесса, порождая объективированную на макроуровне социальную действительность. Здесь она уже выступает как часть мегауровня. Теперь логично представить, что на первом этапе формообразования социума действуют коллективные чувства и переживания, архетипы и нравы (обычаи) народов, на втором ( проявляются такие мощные социальные институты как вера, ценности и мировоззренческие системы, а на третьем - идеологические системы и традиции как социальные технологии формирования поведения людей, нравственность и мораль как развитые нормативные системы должного и практического поведения людей. Более того, не исключена вероятность того, что каждый отдельно взятый процесс формообразования социального мира возникает в результате действия только “своей” совокупности сил сжатия. Для завершения анализа процесса объективации надо рассмотреть вторую природу как целостность. Здесь термин "вторая" хорошо подчеркивает ее производный характер. Теперь нам предстоит смоделировать процесс самопорождения содержания социального мира как некую самостоятельную тотальность. Для этого надо последовательно воспроизвести все три вышеописанные стадии родового формообразовательного процесса и далее, соблюдая хронологию, выстроить все продукты видовых формообразовательных процессов. Эвристическое моделирование позволяет это сделать без особого труда (См.: Схему 7.). Социетальная Производительные психика Цивилизация силы УМО- I стадия II стадия III стадия Косми- НАС- ческая ТРО- Коллективное Разделение ТРУД форма ЕНИЕ сознание труда движе- ния НАРО- Ментальность Обще- ДА суперэтноса Культура ство Социальный Социальная Ноосфера хаос среда Схема 7. АЛГОРИТМ САМООТРИЦАНИЯ ЛИЧНОСТИ ИЛИ ПОРОЖДЕНИЯ СОЦИУМА При рассмотрении алгоритма саморазвертывания социума отчетливо видны три уровня организационной зрелости содержания социального мира: социальный хаос, социальная среда и ноосфера. Данные три структурных элемента социума, порожденные в ходе единого морфологического процесса, представляют собой целостность и составляют общественное тело. Это необычная форма разумного живого вещества. При этом организм социума устроен по такому же принципу, как и человеческий организм, но только наоборот. В нем есть объективированная духовная часть, жизнь которой протекает в форме хаоса, в отличие от строгого порядка в этом элементе в структуре человеческого организма; есть объективированная материальная часть, жизнь которой протекает в “строгом порядке”, поскольку речь идет о ноосфере; и есть средняя часть, которая опосредует их взаимодействие ( социальная среда. Последняя является интимной стороной жизни социума. Констатация трех элементов как составных частей вновь возникшего разумного живого образования, не обладающего морфологически четко отграниченной от среды структурой и как бы рассеянного в пространстве, есть чрезвычайно важный вывод. Его суть состоит в том, что мы здесь имеем дело, как бы там ни было, с морфологическим объектом ( организмом социума. И социум как целостность должен одновременно обеспечивать процессы, зарождающиеся в режиме хаоса, проходящие стадию самоорганизации в свободной социальной среде, затем переходящие в фазу крутой рациональности ( ноосфере. Интерес у нас к ним особый еще и потому, что как всякое живое существо, социум способен на стадии функционирования дать прибавку, как это было с человеком. И она есть. Такое приращение качества нашло широкое отражение в научной литературе. Правда, исследователи называют ее по-разному. Наиболее часто данное функциональное качество упоминается как “коллективная личность”, “групповая личность”, “корпоративная личность”, “условная личность”, “народная личность”, “соборная личность”, “собирательная личность” (коллективное “Я”), “живая Всероссийская Личность”, “личность государства”, “территориальная личность”, “всечеловечество” и др.139 Собирательную личность В.М.Бехтерев, например, рассматривал как общественное тело, как целое, состоящее из частей, в роли которых выступают отдельные индивиды, все социальные образования. Даже в высшей степени условные образования рассматриваются у него как коллективы. Под это понятие подпадают, в принципе, любые образования, которые составлены из индивидов, имеющих нечто общее ( от толпы до государства140. К.Маркс человечество и общество тоже рассматривал как субъект141. Потенциальные социальные миры не остаются в стороне от порожденного ими социума, а продолжают активно с ним сотрудничать. Таким образом, складывается принципиально иная картина, поскольку содержание потенциального социального мира неминуемо вступает во взаимодействие с содержанием актуализированного социального мира. В новых условиях эти две части социального теперь способны приобрести принципиально новое качество, которое носит имя целостности. Поэтому мы должны подходить к полевой форме человека (а тем более к полевой форме человечества) как к проявленной вовне тотальности, это обязывает к соответствующему взгляду на него изнутри как на конкретное, которое "есть развертывающееся в самом себе и сохраняющее единство, т.е. тотальность"142. Из вышеизложенного вытекает, что "планетарное сознание", которое в онтологическом плане представляет собой энергоинформационное поле Земли, есть интеграция энергосиловых полей социальных сообществ. Это дает возможность исследователям утверждать, что человека можно и следует рассматривать как нейрон в "коллективном мозге". Одновременно это означает, что в процессе самоорганизации социального мира отдельный человек осуществляет функцию обратной связи, без которой просто нет возможности соблюдать меру в спонтанном продуцировании социального содержания. А это означает, что и умонастроение народа тоже тотальность, и к нему надо подойти исторически, с точки зрения его системного характера становления, чтобы понять основания его устойчивой целостности как тотальности. Поэтому в реальности эти два процесса интегрируются и выступают как единая тотальность единое (лептоновое, теллургическое и т.д.) общепланетарное силовое поле. Рассмотрим формообразование отторгаемых индивидуумами интеллектуальных продуктов в условиях свободной игры космических сил. На возможность синергетического способа возникновения жизни, то есть путем cамопроизвольного, спонтанного самозарождения указывают К.Маркс и Ф.Энгельс143. Первая стадия самопорождения социального мира, если исходить из общей логики формообразования, состоит из трех вспомогательных формообразовательных процессов и трех специфических продуктов, а именно: социетальной психики, коллективного сознания и родового продукта менталитета социальной общности. Выше мы уже показали, что современная психология рассматривает социетальную психику как относительно самостоятельное образование, развивающееся вне головы отдельного человека. Что же понимается под социетальной психикой? “В самом широком смысле, - пишет Е.А.Донченко, - это субстанция жизни социума, передающаяся из поколения в поколение в виде продукта наследования истории и культуры общества, включающая географические, климатические и ландшафтные условия жизни населявших и населяющих данную территорию людей. То есть, пользуясь терминологией Юнга, социетальная психика представляет собой своеобразный архетип”144. В процессе многовекового формирования этот элемент социального мира приобрел определенные контуры, специфическую форму, стал своего рода информационно-энергетическим паттерном, непременным глубинным основанием социальной и индивидуальной динамики. Оставим разработку более детальной характеристики социетальной психики специалистам, а здесь подчеркнем лишь ее способность сохранять и передавать из поколения в поколение самую разнообразную информацию без помощи отражательных свойств материи (например, мозга человека). Здесь уместно положения психологической науки подкрепить положением социологической науки. В связи с этим считаем важным сослаться на открытие К.Марксом категорий опредмечивания и распредмечивания, имеющих не менее фундаментальное значение для понимания социального содержания, чем юнговские архетипы145. Основным продуктом данной стадии является коллективное сознание. Единство сознания, обнаруживающееся в истории развития социальных учений, является лучшим доказательством того, что единство и непрерывность точно так же существуют в коллективном сознании, как и в сознании индивидуальном. Наконец, из них сформировался коллективный разум или коллективное сознание, которое К.Маркс, как известно, называл "ассоциированным разумом". В содержательном отношении коллективное сознание, как писал Э.Дюркгейм, это "совокупность верований и чувств, общих в среднем членам одного и того же общества, образует определенную систему, имеющую собственную жизнь; ее можно назвать коллективным или общим сознанием. Несомненно, оно не имеет в качестве субстрата единственный орган; оно, по определению, рассеяно во всем пространстве общества"146. Из коллективного сознания затем возникают суперфункциональные органы в ноосоциогенезе, которые имеют автономную жизнь во второй природе. На существование таких функциональных образований, аналогичных тем, которые мы описали в структуре человека, прямо указывают социологи. Они пишут об этом так: "Без сомнения, его субстратом является не один орган; оно по своему существу рассеяно во всем обществе. Но тем не менее ему присущи особенные черты, выделяющие его как отдельную реальность. В самом деле, оно не зависит от частных условий, в которых находятся индивиды; они минуют, а оно остается. Оно одно и то же на севере и на юге, в больших городах и маленьких, у представителей разных профессий. Точно так же оно не изменяется с каждым поколением, а, наоборот, связывает следующие друг за другом поколения. Таким образом, оно нечто совсем иное, нежели отдельные сознания, хотя и результируется только индивидами. Оно есть психический тип общества, тип, обладающий своими свойствами, имеющий свои условия существования, свой способ развития все свое, как у индивидуальных типов, хотя и по-иному"147. Итак, коллективное сознание социальной общности есть конечный продукт субъективации первой природы, поскольку оно возникает на основе индивидуальных лептоновых полей. Далее объективировавшееся социальное развивается по своему алгоритму. По своей форме существования это интегральное силовое поле. Но оно уже по сути своей отличается от состояний сознания индивидуального; это представления другого рода. Мышление групп иное, нежели отдельных людей; у него свои собственные законы. Действительно, коллективные представления выражают способ, которым группа осмысливает себя в своих отношениях с объектами, которые на нее воздействуют. Родовым продуктом данной стадии является особая онтологическая основа коллективного разумного живого вещества, называемая менталитетом, под которым чаще всего сегодня понимают структуру, склад души коллективного человека, этноса, соотношение ее элементов и состояние последних148. В последнее время все большее число исследователей склонны рассматривать менталитет в качестве родовой памяти, которая основывается на синтезе природной и социальной программ наследования. Менталитет как морфологический орган содержит в себе в преобразованном, а точнее, субъективированном виде все онтологическое богатство первой и второй природы. В функциональном аспекте - это система коллективных норм социальных реакций - группы, этноса, нации, народа и др. Итак, на первой стадии процесса формообразования социального мира умонастроение народа образует три специфических духовных продукта, которые, во-первых, опосредуют переход от индивидуального интеллекта к коллективному, а во-вторых, открывают цепочку преобразований разумного компонента на собственной коллективной основе. Вот тот долгожданный нами момент появления второй природы на планетарной арене. С этого момента социальная действительность как бы отрывается от своего источника ( отдельного человека ( и начинает жить по собственным законам. Индивид, породивший ее, теряет свое господство над нею, и более того, она начинает диктовать ему условия жизни. Человек начинает противостоять ей как враждебное существо. Наступает момент полного отчуждения. При этом важно подчеркнуть то, что в организационном плане мы тут имеем дело с социальным хаосом. Вторая стадия формообразования социального мира возникает вследствие саморазвертывания коллективного сознания социальных общностей, этноса, народа. Она является опосредующим моментом в порождении объективированного социального мира. Оригинальными продуктами этой стадии есть: цивилизация, разделение общественного труда и культура. Первым продуктом, то есть результатом, предназначенным только для внутристадийного потребления, тут выступает цивилизация, под которой мы понимаем способ, каким люди прерывают течение естественного хода развития природных процессов, создавая, собственно говоря, человеческий способ взаимодействия человека с природной средой. Другими словами, в настоящем исследовании мы исходим из того, что цивилизация представляет собой социальную организацию, которая возникает в ходе исторического развития человека и выступает как средство и способ развития общества в его целостности в ходе производства и воспроизводства общественной жизни и самого человека. Этот вывод подтверждается исследованиями в области истории и социальной философии. Здесь имеются в виду работы как зарубежных исследователей (О.Шпенглера, А.Тойнби, Ф.Броделя, Д.Белла, Е.Тоффлера и др.), так и русских ученых (Г.Гудожника, И.Майзеля, В.Марахова, М.Мчедлова, Л.Новиковой, В.Семенова и др), и украинских философов (В.Андрущенко, Б.Гаврилишина, Н.Кириченко, Н.Михальченко, В.Пазенка и др)149. Существует, как известно, множество определений и классификаций цивилизаций. Мы здесь исходим из того, что в ходе человеческой истории проявилось три основных способа или типа цивилизации: традиционный, индустриальный и сейчас наметился информационный. Цивилизация есть собственно социальная организация общественной жизни, характеризующаяся всеобщей связью индивидов или элементарных, а точнее базисных, социальных образований в целях обеспечения прогрессивного развития человечества. При этом пророчества о скорой гибели современной цивилизации явно преувеличены, поскольку она есть явление геологического происхождения. Здесь мы, разумеется, не отрицаем возможности гибели планетарной системы как части Вселенной. Но для этого катаклизма понадобится не один десяток декамирид. В.И. Вернадский, по нашему мнению, справедливо писал, что цивилизация "культурного человечества поскольку она является формой организации новой геологической силы... не может прерваться и уничтожиться, так как это есть большое природное явление, отвечающее исторически, вернее, геологически сложившейся организованности биосферы, образуя ноосферу, она всеми корнями связывается с этой земной оболочкой"150. Основным продуктом второй стадии формообразования социума является разделение общественного труда. Оно возникает на основании саморазвертывания цивилизации как собственно социальной организации человечества. Наступает момент сознательного регулирования обмена деятельностью внутри сообщества и взаимодействия с окружающей природной и социальной средой. Вот почему с момента зарождения цивилизации начинается собственно историческое развитие человечества в том смысле, что организация, устройство общественной жизни осуществляется в процессе сознательной деятельности людей, что отнюдь не отменяет ее объективных законов, но придает общественному развитию целеустремленный, а потому и рефлексивный по отношению к прошлому и настоящему характер. Ценность разделения общественного труда, как писал Э.Дюркгейм, заключается в концентрации социальных связей между людьми. Последняя достигается, как известно, за счет того, что коллективное сознание по мере нарастания степени разделения труда становится слабее и неопределеннее. В силу именно этой прогрессирующей неопределенности разделение труда становится главным источником солидарности. "Действительно, в этом случае экономические услуги, которые оно может оказывать, ничто в сравнении с производимым им моральным действием; истинная функция его создавать между двумя или несколькими личностями чувство солидарности", писал он151. В человеческом измерении разделение общественного труда, например, выглядит как общественная солидарность или углубляющийся коллективизм не только непосредственно среди участников трудового процесса, но и среди субъектов единого жизненного процесса, совершающегося на Земле. Обмен деятельностью побуждает человека рассматривать себя как часть единого целого: люди зависят друг от друга и каждый в отдельности несовершенен потому, что с разделением труда разделился и сам человек. Разделение труда в экономической сфере обеспечивает интеграцию индивидов в единый социальный организм, обусловливающий солидарность. Оно, как отмечал Э.Дюркгейм, "все более и более исполняет роль, которую некогда исполняло общее сознание; оно главным образом удерживает вместе социальные агрегаты высших типов"152. При этом социологами установлено, что прогресс разделения труда будет тем медленнее и труднее, чем больше энергии и определенности будет иметь общее сознание. Разделение труда, по Э.Дюркгейму, "закон природы", а разделение общественного труда его частная форма. Развивающееся разделение труда создает систему взаимосвязанных социальных функций и порождает органическую солидарность взамен механической солидарности архаического общества. Морфогенная функция разделения труда состоит в том, что оно заменяет коллективное сознание в его роли источника общественной солидарности и основания морального порядка. При этом экономический аспект разделения труда связан с увеличением производства. Социальный аспект связан с тем, чтобы "можно было жить в новых, созданных нами условиях"153. Э.Дюркгейм представил социальный аспект данного явления так: “Если разделение труда производит солидарность, то не потому только, что оно делает из каждого индивида обменщика (echangiste), как говорят экономисты, а потому, что создает между людьми целую систему прав и обязанностей, надолго связывающих их друг с другом. Точно так же, как социальные сходства дают начало праву и нравственности, защищающим их, разделение труда дает начало правилам, обеспечивающим мирное и регулярное сотрудничество разделенных функций” 154 . В современном развитом обществе характерной тенденцией является обособление необходимых для его функционирования и развития все новых сфер, рост числа подразделений в них и, соответственно, профилизацию разделения труда. В то же время в каждой отдельной сфере разделение труда имеет своеобразный и противоречивый характер155. Здесь для установления порядка появления элементов второй природы чрезвычайно важен тезис Э.Дюркгейма о том, что потребность в кооперации труда породила общество. "Значит, последние образовались для того, чтобы труд мог разделиться, а не труд разделился благодаря социальным основаниям"156, - писал он. Таким образом, общество генетически вырастает из общественного разделения труда. Это очень важно для понимания процесса формообразования социального мира. “Рост разделения труда происходит, - писал Э.Дюркгейм, - следовательно, оттого, что социальные сегменты теряют свою индивидуальность, что разделяющие их перегородки становятся более проницательными, словом, между ними происходит сращивание, делающее социальное вещество свободным для вступления в новые комбинации”157. На завершающем этапе цивилизация и разделение общественного труда в ходе своего саморазвертывания порождают родовой продукт культуру. Культура как понятие и как элемент социального мира по своему содержанию исключительно многогранна. Не случайно в мировой философской литературе насчитываются сотни ее определений, каждое из которых отражает те или иные, часто существенные стороны и характеристики данного социального явления. Такая картина с определением сущности и содержания культуры сложилась в силу того, что она есть "глубинное коллективное сознание, уходящее своими корнями в необходимо далекое прошлое, ( образует размытую мозаику представлений, над которыми задана функция распределения вероятностей"158. Избегая детализации и широко распространившихся дискуссий, отметим, что в самом общем виде "культура (от лат. culture возделывание, воспитание, образование, развитие, почитание) специфический способ внешнего побуждения человека к развитию и организации высокоэффективной деятельности, представленный в продуктах материального и духовного труда, в системе социальных норм и учреждений, в духовных ценностях, в совокупности отношений людей к природе, между собой и к самим себе"159. Это ее функция во взаимосвязи с субъектом исторического действия. Организационная форма существования данной стадии наиболее точно характеризуется термином “социальная среда”. Несомненно, что для анализа социума наиболее важное значение имеет третья стадия формообразования, поскольку она, в отличие от предыдущих двух стадий, наиболее материализованная часть объективированного мира. Похоже, что здесь процесс объективирования содержания социального мира с микроуровня переходит на макроуровень и становится более осязаемым и воспринимаемым. К элементам данной стадии относятся производительные силы, труд и общество. Первым элементом, возникающим на основе преобразования всего предыдущего саморазвертывания социального содержания, есть производительные силы, которые состоят из субъективного (человек) и объективного (систем средств производства) элементов. Благодаря профессиональной подготовке, человек потенциально способен выступить уникальным средством преобразования окружающего мира в интересах себя и других людей. Здесь человеческий организм выступает как универсальное средство производства. В дополнение к нему возникает система средств производства (средства труда и предметы труда), предназначенная для того, чтобы человечество могло эффективно обустроить свою жизнь. Скачок в процессе их развития есть не что иное как научно-техническая революция. Другими словами, на этой стадии самоорганизации содержание социального мира материализовалось в продуктах коллективной человеческой деятельности, а конкретнее в самом человеке как главной производительной силе и в системах орудий труда для материального и духовного производства. В материальной культуре следует различать процесс создания орудий труда как процесс и результат самоотрицания человека. При этом труд, создающий средства собственного осуществления, становится в своей предметности процессом самовоспроизводящимся. Для такого процесса достаточно установления положительной обратной связи его "выхода" со "входом", и он (при наличии ресурсов) может развиваться потенциально неограниченно. Кроме того, тут следует различать два рода орудий ( орудия созидающие и разрушающие. Отсюда начинается раздвоение единого предметно-опосредованного процесса взаимодействий на процессы качественно противоположные ( созидательные, опосредствуемые орудиями, и разрушительные, опосредствуемые оружием. Раздвоение, которое, как показывает история дальнейшего становления и последующего развития общества, имело далеко идущие последствия. Но в преддверии этого раздвоения разрушительные процессы были вытеснены из внутренней жизни сообществ, вынесены в сферу внешних взаимодействий этих функциональных систем: как в форме охоты и борьбы с хищниками, так и в форме вооруженных столкновений с другими ("чужими") сообществами160. В ходе самоотрицания человека возник второй род продуктов духовной культуры знаковые системы, то есть орудия информационного воздействия. Это второй мощный по силе процесс самоотрицания человека. Отметим, что отнесение языковых знаков к разряду орудий не случайно. Прежде всего, "основой аналогии между знаком и орудием, как отмечал еще Л.С.Выготский, является опосредствующая функция, принадлежащая одному и другому"161. И те и другие служат для человека средством деятельности, "механизмом", проводником его воздействий на определенные системы окружающего мира. "Если в процессе труда, писал Б.Г.Ананьев, механизмом взаимодействия между человеком и объектом труда является орудие труда, то в процессе общения таким механизмом взаимодействия между людьми является знак, вернее, знаковая система"162. При этом языковый знак является не только средством деятельности. Подобно орудию труда, он и ее продукт. И в этом смысле (как созданные не природой, а людьми) и знаки, и орудия ( явления сугубо социальные. В них фиксируется опыт поколений, и, чтобы использовать его в своей деятельности, каждый человек обучается владению не только орудиями, но и соответствующими знаковыми системами. Далее, языковый знак, как и орудие труда, ( это предметный продукт человеческой деятельности, объективно существующий материальный предмет. "На "духе", писали Маркс и Энгельс, с самого начала лежит проклятие быть "отягощенным" материей, которая выступает здесь в виде движущихся слоев воздуха, звуков словом, в виде языка"163. Благодаря своей предметности, знаковые системы, подобно орудиям, получают относительно независимое от их создателей существование и функционируют как компоненты их сообществ. "Знак, находящийся вне организма, ( писал Л.С.Выготский, ( как и орудие, отделен от личности и является, по существу, общественным органом"164. Между материальными орудиями труда и знаковыми системами есть и существенные различия, поскольку орудия труда ( это средства вещественно-энергетического воздействия, а знаки энергоинформационного. Вследствие этого действенность знаков в значительной мере независима от их субстанционального воплощения. Их функциональное бытие, говоря словами К.Маркса, поглощает, так сказать, их материальное бытие165. Вышеназванные продукты взаимодействуют между собой благодаря процессу, в котором сам источник его человек оказывается задействован в этом новом для себя взаимодействии как средство опосредования. Другими словами, человек не только порождает социум, но и вынужден постоянно поддерживать его функционирование. Основным элементом последней стадии объективации субъективированной первой природы выступает труд, понимаемый как целесообразная живая деятельность человека, направленная на видоизменение и приспособление предметов природы для удовлетворения своих потребностей. Здесь мы исходим из того факта, что живой труд, генетически вырастая из разделения общественного труда, представляет собой определенный тип взаимодействия людей и средств производства (овеществленного человека). В таком случае взаимодействие людей между собой как продукт формообразования социума становится фактором развития второй природы. Кроме него, имеется в виду труд как материальная форма общения, здесь еще присутствует и общение, которое имеет место при интеллектуальном взаимодействии людей между собой на начальной стадии формообразования социума. Их не следует путать. “Они различаются тем, ( пишет М.С.Каган,( что в материальном общении духовная активность субъекта имеет целью лишь управление его практическими действиями (выделено - В.Б.), тогда как целью духовного общения является духовное единение партнеров, достижение их духовной общности, а практические действия, если они при этом и используются, служат только данной цели, как правило же, духовное общение осуществляется в форме словесного или пользующегося иными знаковыми средствами диалога”166. На то, что материальная и духовная формы отрицания человека имеют относительно самостоятельное существование, прямо указывают конфликты, которые возникают между ними. Общеизвестно, что на практике имеют место случаи, когда производственная форма общения сдерживает развитие духовного общения и тем самым вольно или невольно гасит парус социальности. “Существование господствующего класса с каждым днем становится все большим препятствием развитию производительной силы промышленности и точно так же ( развитию науки, искусства, а в особенности культурных форм общения” 167, ( писал Ф.Энгельс. Итак, труд как основной продукт третьей стадии формообразования социального мира возникает для того, чтобы позволить индивиду реализовать до конца свою природу, и все изменения, через которые он прошел, не имеют другой цели, как сделать эту реализацию более легкой и полной. Здесь труд надо рассматривать как реализацию профессиональных знаний работника или человека свободной профессии. Таким способом "в условиях действительной коллективности, ( писал К.Маркс, ( индивиды обретают свободу в своей ассоциации и посредством ее"168. Нам нет необходимости особо долго задерживаться на данном элементе, поскольку он в марксисткой научной традиции хорошо изучен. Обратим внимание на тот факт, что труд является средством обеспечения нормальной жизнедеятельности человека и его коллективных образований на горизонтальном уровне. В вертикальной же плоскости разворачивается его духовная компонента. Поэтому бессмертие человеку уготовано на высших уровнях самодвижения универсума, в то время как все производственные успехи человека пылятся на полках планетарного архива. Родовым продуктом на третьей стадии формообразования социального мира является общество. У нас нет необходимости особо распространяться насчет того, что общество является продуктом человеческой деятельности - труда. Это общепризнанный факт. Напомним только, что Гегель определял общество как "систему его (человека - В.Б.) всеобщих отношений"169. По определению К.Маркса, как известно, общество это "продукт взаимодействия людей"170. Т.Парсонс определяет общество следующим образом: “Социальная система, ... которая отвечает всем существенным функциональным требованиям, связанным с продолжительным существованием за счет собственных ресурсов, будет называться обществом. Для понятия общества существенно то, что оно должно содержать все структурные функциональные основания, чтобы быть независимо существующей системой” 171. Здесь важно провести различие между социумом и обществом, поскольку это разные “вещи”. Общество составлено социальными институтами, связями между ними и механизмами, регулирующими функции институтов в социальных взаимодействиях. Институциональная структура и задает конкретно-исторические размерности общества: на каждом этапе своей истории общество существует в конкретных инструментально заданных размерностях. В свою очередь, социум ( это идеальная конструкция “общества вообще”, вне его конкретных структур и образованных ими социальных размерностей, совместное, но не соорганизованное со-бытие людей; то свойство человека как общественного существа, которое может быть названо “социетальностью”, и которое обозначает лишь то, что люди нуждаются друг в друге для собственной самоидентификации. Другими словами, социум - это общество в виртуальном состоянии, а общество - это социум в установившемся движении. Современный кризис потребовал от исследователей применения для анализа общественных процессов средств синергетики, и суть определений общества сразу стала иной. Вот, например, как определяет общество коллектив санкт-петербургских авторов: “Общество - это своеобразный (коллективный) субъект со своими целями, средствами их достижения, внутренним языком, саморегуляционными комплексами”172. Этот подход уже гораздо ближе нам по духу, и мы будем по мере возможностей его углублять и дополнять. Родовой продукт этой стадии как наиболее объективированный продукт имеет несколько исторических модификаций, которые получили специфическое наименование - формация. Напомним, что этим термином называется общество, находящееся, по выражению К. Маркса, на определенной ступени исторического развития. Таким образом, в наиболее распространенном варианте появились пять общественных формаций: первобытная, рабовладельческая, феодальная, капиталистическая и коммунистическая. Формация как продукт исторического развития есть категория филогенеза. В организационном отношении данная стадия формообразования социального содержания уже является наиболее структурированной и выгодно отличается от двух предшествующих, поэтому мы тут имеем дело со строго структурированным социумом, называемым ноосферой. Итак, мы последовательно представили процессы формообразования социума, объяснив их как целостность ( специфическое социальное тело. Молодое поколение застает ее уже готовой, и поэтому она для него такая же объективная реальность, как и первая природа. Для человека, только еще вступающего в жизнь, социум есть внешняя сила, подчиняющая его себе и направляющая его дальнейшее развитие. Другими словами, человеку как разумному живому существу противостоит социум как более мощная живая целостность. Здесь надо сказать больше. Объективированный социальный мир или интеграцию личности и социума следует рассматривать как гигантский социальный организм, который, функционируя как целое, приобретает принципиально новые качества, свойственные разумному живому существу. Картина тут наблюдается такая же, как в случае с формообразованием человеческого организма. Последний, как известно, начав действовать, приобрел качество личности. У нас есть все основания утверждать, что социум, пройдя все три стадии формообразования, превращается в целостность, обладающую таким же эффектом. Другими словами, социум надо рассматривать как субъект, порождающий эффект функционирования. Коллективная личность и представляет собой функциональный орган в структуре социального организма. На этом можно остановиться в обсуждении гипотез относительно пролонгации социального мира и перейти к представлению философского образа второй природы. Это необходимо для того, чтобы подняться над наблюдаемой нами социальной реальностью и представить алгоритм саморазвертывания социального явления в иных, то есть отличных от земных, условиях. Об этом мы уже упоминали ранее. Нам необходимо это сделать для того, чтобы можно было практически охватить и теоретически объяснить все возможные генетические, морфологические и функциональные вариации организменной формы разума, где бы она ни возникала: в земных условиях, условиях нашей Вселенной или в условиях других Галактик. Для того, чтобы подняться от социального мира ко второй природе, достаточно представить явление разума как целостность, то есть не только как продукт, но одновременно и как продуктивность. Тогда эта целостность возвышается до природы; именно это тождество продукта и продуктивности обозначается понятием природы даже в обыденном словоупотреблении. Природу как продукт (natura naturata или сотворенная природа) мы называем объектом (эмпирия занимается только ею). Природу как продуктивность (natura naturans или творящая природа) мы называем субъектом (теория философии занимается только ею). В обыденном понимании продукт заслоняет продуктивность, в философском ( наоборот, продуктивность заслоняет продукт. Поскольку объект никогда не бывает безусловным, то во вторую природу должно быть положено нечто совершенно необъективное. В нашем случае роль такого основания играет изначальная продуктивность человека ( источника не только деятельности, но и обладателя целесообразно произведенных им продуктов. Но в иных условиях Космоса объективатором первой природы или ее аналогов могут выступать совершенно разные субъекты - продуценты разума. При этом они могут производить продукты разума еще более эффективно, чем это делает земное человечество. Но то общее, что относит их ко второй природе, есть продуктивность, понимаемая нами как процесс производства разума, и продукт как то, во что разум материализуется. Поэтому из вышеизложенного прямо вытекает, что мы должны рассмотреть данную специфическую фазу универсума, синтезирующую первородные материальное и духовное начала в разум, подавая их как продуктивность и продукт. Парение второй природы между продуктивностью и продуктом должно представляться всеобщей двойственностью начал, посредством которой природа пребывает постоянно деятельной, и которая не дает ей раствориться в ее продукте, а всеобщий дуализм в качестве принципа всякого объяснения второй природы ( столь же необходимым, сколь необходимо понятие самой природы. У нас это хорошо сочетается с двойственной природой исходной субстанции. Изначально вторая природа есть только продуктивность, следовательно, в этой продуктивности не может быть ничего определенного (так как всякое определение есть отрицание), и посредством нее продукты, следовательно, возникнуть не могут. Для того, чтобы возникли продукты, продуктивность должна превратиться из неопределенной в определенную, то ???? должна быть снята в качестве чистой продуктивности. Если бы основание для определенной продуктивности лежало вне природы, то природа не была бы изначально абсолютной продуктивностью. Неразличенность в каждый момент снимается и в каждый момент вновь восстанавливается. Поэтому разум действует как в покоящихся, так и в движущихся социальных образованиях. Двойственность, лежащая в основе наблюдаемого нами мира, позволяет уже сейчас предположить, что в структуре планетарного социального организма мы должны найти два рода процессов и два вида продуктов. Один из них ( материального происхождения, и его продуктом будет вещь, а другой - духовного происхождения, и его продуктом будет смысл. Если биологический организм как органическое целое не только продукт диалектического взаимодействия семейства физического и духовного организмов, который мы должны проанализировать с точки зрения специфического объекта, но и продуктивность, то есть специфический процесс, то из этого следует, что в упомянутом целом никогда не может быть абсолютного тождества, ибо тождество привело бы к абсолютному переходу природы в качестве продуктивной в природу как продукт, то есть к абсолютному покою. Социальный организм как продуктивный продукт может существовать только под влиянием внешних сил, ибо только таким образом продуктивность прерывается и встречает препятствие, не позволяющее ей угаснуть в продукте. Для этих внешних сил также необходима особая сфера: они должны находиться в мире, который непродуктивен, то есть в основании. Однако этот мир должен быть во всех отношениях фиксированным и неизменно определенным. Таким специфическим основанием разумной фазы универсума является, как мы показали выше, разумное живое вещество, и человек в частности. При этом именно разумное живое вещество в силу своих атрибутивных качеств обеспечивает пульсацию второй природы. Для разработки теории социального организма немаловажно то, что мы рассматриваем обмен деятельностью между людьми как продуктивность второй природы. В чистой продуктивности второй природы вне раздвоения нет ничего неразличимого, лишь раздвоенная в самой себе продуктивность дает продукт. Это означает, что в процессе обмена деятельностью мы должны выделять два противоположных вида деятельности, проистекающие от воздействия двух начал, положенных нами в основание Вселенной. И мы имеем два рода такой деятельности: труд и общение, направляемые мышлением человека и использующие физический организм человека как орудие для исполнения задуманного. Поскольку абсолютная продуктивность направлена только на продуцирование само по себе, а не на продуцирование чего-то определенного, то тенденция второй природы, посредством которой в ней возникает продукт, будет отрицательной тенденцией продуктивности. Как в природе, в той мере, в какой она реальна, не может быть обмена деятельностью без продукта, так в ней не может быть и продукта без обмена деятельностью. Природа может лишь приближаться к обеим крайностям. И нам в дальнейшем предстоит показать, как она это делает. Продуктивность является в качестве таковой лишь там, где ей ставятся границы. Что есть повсюду и во всем, того именно поэтому нет нигде. Продуктивность фиксируется только ограничением. Другими словами, только ограниченная субъективной целью деятельность служит подступом к продукту. В природе не может быть ни чистой продуктивности, ни чистого продукта. Первая есть абсолютное отрицание всякого продукта, второй ( отрицание всякой продуктивности. Следовательно, вторая природа должна изначально быть чем-то промежуточным между тем и другим, и, таким образом, мы приходим к понятию продуктивности, находящейся на стадии перехода в продукт, или продукта, продуктивность которого уходит в бесконечность. Если попытаться отыскать вышеописанную продуктивность как разумную бесконечность во второй природе, то, на наш взгляд, это будет социум, поскольку именно он представляет собой сумму ничем не ограниченных ни во времени, ни в пространстве диалектических взаимодействий индивидуумов как cвободных продуцентов разума. Тогда остается вопрос о том, что же следует в данном случае подразумевать под продуктом? Поскольку вышепостулированное нами уже есть продукт, то, будучи продуктивным, оно может быть таковым только определенным образом. Однако определенная продуктивность есть (активное) образование. Следовательно, упомянутое третье должно находиться в состоянии образования. Тогда это уникальное третье ( ноосфера, которая содержит в себе все, созданное мыслью и руками Homo sapiens. При этом ноосфера имеет, как минимум, три "этажа". В основании лежит разум живых существ, функционирующий в зачаточной или дочеловеческой форме. Здесь нет смысла приводить многочисленные аргументы, которыми достаточно изобилует научная литература, о наличии разума у животных. Для того, чтобы убедиться в том, что это так, достаточно ознакомиться с работами М. Вебера, И.Пригожина и др.173 Затем идет средний этаж, где царствует разум человека. Здесь оказывается достаточно спорным широко распространенное в литературе утверждение о том, что самым совершенным разумом обладает человек. Венчает это удивительное ноосферическое здание Космический или внеземной Разум. Русские космисты были одними из первых, кто признавал наличие внеземного Разума. Разумом космоса и его первой причиной К.Э.Циолковский называет все то, что не раскладывается в бесконечную последовательность причин и действий, а доопределяет природу. Ноосферический продукт являет себя находящимся в процессе бесконечной метаморфозы. С точки зрения рефлексии, это (если показать на примере первой природы) как материал, находящийся в постоянной готовности перейти из жидкого состояния в твердое, но никогда не достигающий искомого образа. Поэтому мы здесь имеем дело с двумя видами продуктов: материального производства или фиксированного и духовного производства или свободного. Понятие продукта (фиксированного) и продукта продуктивного (свободного) противоположны друг другу. Но данная фаза универсума должна быть продуктивна бесконечно, поэтому упомянутый переход никогда не должен совершиться абсолютно; следовательно, хотя продукт будет в каждый данный момент определенным образом продуктивен, останется продуктивность, а не продукт. Так идет реновация универсума. Перемена направления деятельности, а равно и производство разных видов продуктов, обусловливается чередованием сокращения и расширения, то есть пульсацией квантового вакуума, как его атрибутивным свойством. Это чередование не есть нечто в универсуме, оно есть сам универсум и первая ступень переходящей в продукт продуктивности. Мы выше уже несколько раз показывали, что это третье ( есть только сам у себя квантовый вакуум ( универсум ( или человек. Продукт может возникнуть только посредством прекращения чередования, следовательно, посредством чего-то третьего, которое само фиксирует это чередование, следовательно, универсум, созерцаемый на самой низкой ступени (в первой потенции), был бы таким чередованием, созерцаемым в покое или в равновесии; и, наоборот, посредством снятия этого третьего универсум мог бы быть поднят на более высокую ступень. Возможно, конечно, что выведенные только что продукты могли бы находиться на совершенно различных ступенях материальности или упомянутого перехода, или что эти различные ступени можно было бы различить в одном продукте в большей или меньшей степени, чем в другом; следовательно, тем самым была бы действительно представлена динамическая последовательность этих продуктов. В универсум привнесены отдельные (индивидуальные) продукты ( вещество и смыслы; однако в этих продуктах все еще должна быть различима продуктивность в качестве продуктивности. Продуктивность (процесс), как предполагается, еще не абсолютно перешла в продукт. Пребываемость продукта должна быть постоянным самовоспроизведением. И если человек стремится обеспечить обновление Семантической Вселенной, то космос ( Физической Вселенной. При этом нельзя не видеть, что первое мы пытаемся здесь доказать с помощью общественной науки, а второе ( уже достаточно аргументировано доказано естественными науками, и в первую очередь, квантовой физикой. Возникает задача показать, что препятствует этому абсолютному переходу ( тому, чтобы продуктивность исчерпала себя в продукте, или что превращает пребывание продукта в постоянное самовоспроизведение. Совершенно невозможно понять, как повсюду стремящаяся к продукту деятельность встречает препятствие к тому, чтобы полностью перейти в него, если этому переходу не препятствуют внешние влияния, и продукт для того, чтобы пребывать, не вынужден в каждый момент вновь производить себя. Этому препятствует, скорее всего, потребность универсума восстановить разорванное единство исходных начал: материального и духовного. Показать величину и постоянство силы, с какой разорвано на две части исходное состояние универсума, можно на человеке, разделенном на мужскую и женскую половины, которые неукротимы в своем постоянном стремлении к объединению в органическое целое, то есть к восстановлению разрушенного единства. Универсум вообще, а не только вторая природа, не только не терпит пустоты, но он строго следит и за тем, чтобы исходное начало пребывало в целостности. До сих пор универсум был для нас абсолютным тождеством в двойственности, теперь мы сталкиваемся с противоположностью, которая должна присутствовать внутри этого тождества. Эта противоположность должна быть выявлена в самом дедуцированном продукте, если ее вообще можно вывести. Дедуцированный продукт есть идущая вовне деятельность, различать ее в качестве таковой нельзя без деятельности, идущей в том же продукте извне внутрь (обращенной на саму себя), а эта деятельность, в свою очередь, не может мыслиться, если она не оттесняется (отражается) извне в обратном направлении. Для второй природы эти взаимопереходы хорошо известны под именем процесса мышления и процесса целесообразного труда. Поскольку это закономерность тотального порядка, то ее следует находить и в первой природе. Так, план или проект структуры как информация направляется извне в вещь, и информация о структуре или внутреннем устройстве из вещи направляется во внешнюю среду. В противоположных направлениях, возникающих вследствие этого противоположения, заключен принцип конструкции всех явлений не только социальной жизни, но и любой другой ее формы. Если снять эти противоположные направления, то социальная жизнь окажется либо абсолютной деятельностью, либо абсолютной рецептивностью, ибо изначально она возможна только как самое совершенное взаимоопределение рецептивности и деятельности. Понятно, что под рецепцией тут понимается заимствование и приспособление конкретным этносом или обществом социологических и культурных форм, возникших в другой стране или в другую эпоху, например, усвоение в средние века странами Западной Европы римского права 174. Здесь следует разобраться, почему социальный организм является продуктом более высокой ступени конструкции. Выше мы объясняли возникновение продукта вообще натиском универсума, направленным против изначальной точки торможения, благодаря чему эта точка возвышается до уровня наполненной сферы и таким образом приобретает постоянство. Здесь же, поскольку мы выводим натиск внешней природы не на простую точку, а на продукт природы ( человека, то первая конструкция возвышается для нас как бы до второй потенции, ( у нас теперь удвоенный продукт. В дальнейшем мы увидим, что как органическая природа вообще есть только более высокая потенция неорганической, так и надорганическая природа есть более высокая ступень органической природы, и что она именно потому возвышается над органической, что в ней то, что есть мыслящий продукт, теперь становится уже коллективно мыслящим продуктом. С самого начала мы принимаем в качестве принципа следующее: поскольку органический продукт есть продукт во второй потенции, органическая конструкция продукта должна быть, по крайней мере, символом изначальной конструкции всякого продукта вообще175. Для того, чтобы продуктивность вообще могла быть фиксирована в одной точке, должны быть даны границы. Поскольку границы служат условием первого явления, то причина, в силу которой создаются границы, не может более являться, она возвращается в глубину природы или каждого продукта. Если в органической природе это ограничение продуктивности дано посредством того, что мы называем чувствительностью, и что надлежит мыслить как первое условие конструкции органического продукта, то в живой природе ( это раздражимость, а для социальной формы жизни такое ограничение накладывается уровнем общения людей и социальных образований между собой. Там, где это чередование останавливается, продуктивность переходит в продукт, а там, где она восстанавливается, продукт переходит в продуктивность, ибо, поскольку продукт должен оставаться бесконечно продуктивным, в нем должны быть различимы три ступени продуктивности; абсолютный переход продуктивности в продукт есть уничтожение самого продукта. Так же, как эти три ступени различимы в индивидууме как высшем продукте органической природы, так они должны быть различимы во всей второй природе, этой как бы "вторично сконструированной материи", а последовательность ступеней организации есть последовательность ступеней самой продуктивности. На этой динамической последовательности ступеней в индивидууме, как и во всей органической и надорганической природе, основана конструкция всех органических и надорганических явлений 176. Итак, наконец, мы приблизились к решению нашей задачи ( привести к общему выражению конструкцию органической, неорганической и надорганической природы! Неорганическая природа может начинаться с простых факторов, органическая ( только с продуктов, а надорганическая или интеллектуальная ( только с мыслящих продуктов! Чувствительность, раздражимость и стремление к формированию и общению участвуют в едином процессе возбуждения. Вспомним, что в человеческом организме именно путем возбуждения воспроизводятся все коллизии Физической Вселенной и сложнейшие логические конструкции Семантической Вселенной. Но если разум ( лишь более высокие функции магнетизма, электричества и т.д., то и для последних должен существовать в универсуме более высокий синтез, однако искать его, несомненно, можно только во второй природе, которая, будучи рассмотрена как некое целое, абсолютно надорганична. Это и есть социальный организм! Как любой другой организм, социальный организм интегрировал в своем теле все виды и типы взаимодействий людей и их продукты, поэтому его следует рассматривать как органическое единство продуктивности и продукта, пропорции между которыми он устанавливает путем саморегуляции, которая возникла не сразу. К этому его подвел естественный ход развития социальной жизни как системы второй природы. Потребность в ней возникла по мере накопления продуктов процесса обмена деятельностью между отдельными людьми и социальными общностями. Этап функционирования продуктов и взаимодействия вспомогательных процессов внутри основного процесса деятельности в качестве самостоятельных субъектов поставил задачу его регуляции, которая вылилась в основной вопрос философии, поскольку для регуляции необходимо знать причинно-следственные связи между двумя видами интеллектуального продукта. Изначальное раздвоение универсума в первой природе приводит к тому, что вторая природа изначально является для себя объектом, то есть мы хотим сказать этим, что разумное следует рассматривать как некое целое, способное из чистого субъекта превращаться в объект для самого себя, что ведет в условиях Земли к неограниченному наращиванию на этой основе его потенциала и достижению бесконечности процесса перехода первой природы во вторую во времени. Обратный переход совершается в антимире, то есть в противоположном конце Вселенной. И в нем не последнюю роль играют, видимо, космические образования, известные нам как туманности и черные дыры. В существовании антимира сомневаться не приходится, поскольку в земных условиях ученым уже удалось синтезировать вещество из антимира. Сорок лет прошло со времени получения первых антиэлектрона (позитрона) и антипротона. И лишь осенью 1995 года в Международном центре ядерных исследований CERN (Женева) впервые удалось на мгновение соединить их. Были получены восемь атомов антиводорода ( реального вещества из антимира177. Тормозит изначальную эволюцию (без чего она проходила бы с бесконечной скоростью) изначальная двойственность, заложенная в тождестве основания. Именно двойственность основания есть тот тайный способ, которым вторая природа, а следовательно, и социальный мир, приобретает длительность. Следовательно, абсолютная непрерывность существует только для созерцания, но не для рефлексии. Созерцание и рефлексия противоположны друг другу. Однако, если природа разума изначально есть двойственность, то уже в изначальной продуктивности второй природы должны быть заложены противоположные тенденции. Положительной тенденции должна быть противопоставлена отрицательная. Поэтому социальная жизнь, порождаемая второй природой в планетарных границах, должна представлять собой бесконечную борьбу продуктов материального происхождения с продуктами духовного происхождения. Такая же борьба (в силу двойственности субстанционального основания Вселенной) должна иметь место во всех других случаях с той лишь разницей, что в условиях нашей планеты мы наблюдаем переход фазы материализации в фазу дематериализации, а точнее бы сказать ( сенсибельной материи в интеллигибельную материю, а в другой части Вселенной ( это переход интеллигибельной материи в сенсибельную. Теперь, благодаря системе рабочих гипотез, мы установили границу социального мира, второй природы или социальной формы движения универсума. Нижний предел социального мира можно установить по нескольким признакам, а именно: по природе, виду энергии или даже косвенным признакам. Нам представляется, что, исходя из семантической структуры человеческой личности, нижнюю границу можно провести по возникновению у нее ощущений. Именно начиная с ощущений, человек порывает с первой природой и далее уже находится под влиянием субъективированной первой природы или формирующегося потенциального социального мира. Здесь границу первой природы видно отчетливо, а вот начало второй природы мы воспринимаем интуитивно, поскольку ничего иного пока здесь не видим. В связи с рассматриваемым вопросом уместно привести замечание В.И.Ленина, сделанное им относительно причин возникновения в организме процессов, обусловливающих появление ощущений. “Не связаны ли, - пишет В.И.Ленин, - эти “процессы“ с обменом веществ между “организмом” и внешним миром? Мог ли бы происходить этот обмен веществ, если бы ощущения данного организма не давали ему объективно правильного представления об этом внешнем мире?”178. Верхний предел социального мира фиксируется появлением сверхколлективных образований и безличной формы социальной субъектности. Мы уже рассмотрели это выше. Вероятно, орган саморегуляции социального мира, использующий в качестве критерия для обнаружения и сравнения смыслов, содержащихся в сигналах, приходящих с нижних его уровней, уже принадлежит логической природе, то есть третьему, сверхсоциальному уровню. Здесь картина примерно такая, как с определением верхней границы первой природы, когда человек, являясь ее продуктом, фактически управляет ее развитием и одновременно содержит в себе потенциальный социальный мир. Итак, социальный мир начинается с ощущений человека, а завершается гранью, за которой начинается морфогенез квазиструктур органа его саморегуляции. Движение в вертикальной плоскости есть саморазвертывание универсума по микро-, макро- и мегауровням. Оно порождает энергоинформационное поле Земли или продуцирует свободную энергию, то есть силу, способную совершать работу за пределами Земли. Она, скорее всего, предназначена для порождения новых форм жизни в Космосе. Нет сомнений, что так будет и при достижении человеческим интеллектом критической мощности на фазе ноосоциогенеза. Последнее утверждение допускает признание не только реальности выхода коллективного сознания за пределы Земли, но и появление качественно нового явления ( монолита космического разума. Для него существуют различные обозначения ( "космическая цивилизация" (Н.С. Кардашов), "точка Омега" (П. Тейяр де Шарден) и др. Это наиболее вероятно при достижении населением Земли численности около 15-20 миллиардов человек. В работе "Космопланетарный феномен человека" В.П.Казначеев и Е.А.Спирин, например, прогнозируют Большой ноосферный взрыв, приводящий к появлению монолита космического разума и ноокосмогенеза 179. Не исключена также вероятность того, что таким способом поддерживается определенное соотношение между Физической и Семантической Вселенными. Дальнейшее воспроизведение процесса самопреобразования универсума есть задача ближайшего будущего философской науки. Все вышеизложенное позволяет предложить следующую формулировку данной фазы самодвижения универсума: социальная форма движения - это специфическая фаза самодвижения субстанционального основания Вселенной, которая возникает на основе развития противоречий биологической жизни, функционирует как органическая планетарная система разумного живого вещества - социальный организм, порождая при этом такое по масштабам и характеру противоречие, которое, являясь имманентным источником развития последнего, выводит его на электромагнитную (энергетическую) форму жизни или на космический уровень самодвижения. Предложенный в начале исследования бинарный методологический подход и специфическая идеология позволили установить природу социальной формы движения универсума. Она совпала с природой субстанционального основания Вселенной, поскольку носит квантово-волновой характер. Другими словами, субстанциональное основание Вселенной, человек и социальная форма движения являются различными состояниями одной и той же субстанции, то есть универсума. На то, что социальная форма движения универсума состоит в генетическом родстве с другими, и, в первую очередь, с нижележащими его формами, указывает общий их атрибут - движение. Это означает, что подобно тому, как личность отчуждала от себя продукты, точно так социальный организм, уже объективированный, теперь становится еще более свободным и отчуждает вторую природу путем перехода в третью природу. Так наступает следующая фаза саморазвертывания универсума или полное отрицание человека.
<< | >>
Источник: В. П. Б Е Х. ЧЕЛОВЕК И ВСЕЛЕННАЯ. 1998

Еще по теме 3.1.Социум - объективация потенциального социального мира личности:

  1. 3.1. Виртуальность бытия всеобщности субъекта
  2. § 4. Человек и общество
  3. М. С. Константинов Институциональный подход в политической философии М. К. Петрова
  4. РЕДУКЦИЯ ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНАЯ - СМ. Э. ГУССЕРЛЬ РЕИФИКАЦИЯ - СМ. ОВЕЩЕСТВЛЕНИЕ
  5. КУЛЬТУРА КАК РЕЗУЛЬТАТ (СПОСОБ) ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ЧЕЛОВЕКА И СМЫСЛОВОЙ ГАРАНТ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ СУЩНОСТИ
  6. О личностном подходе в психологии искусства
  7. Художественное творчество и проблема Я
  8. В.Г.Кузнецов РОЛЬ ГЕРМЕНЕВТИЧЕСКОЙ ФЕНОМЕНОЛОГИИ В ОБОСНОВАНИИ ПОЛОЖИТЕЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ ГУСТАВА ГУСТАВОВИЧА ШПЕТА
  9. Однообразие или многообразие
  10. Социальная педагогика и социально-педагогическая институализация
  11. §1. Ценности как факт духовной жизни человека и общества
  12. 1.1. Понятие и структура экономической деятельности человека
  13. ТЕОРЕТИКО-ФИЛОСОФСКИЕАСПЕКТЫ СОЦИОДИНАМИКИ КУЛЬТУРЫ
  14. ТЕОРЕТИКО-ФИЛОСОФСКИЕАСПЕКТЫ СОЦИОДИНАМИКИ КУЛЬТУРЫ