<<
>>

У Прибалтики отсутствует понятие «меньшего зла»

Итак, ...пока мы не введем в обиход — свой и Прибалтийцу ки — понятие «меньшего зла», пока будем оперировать категориями добра и зла, до тех пор мы не выпутаемся из клубка противоречий и непонимания.
Надо понять, что эти категории нам навязаны — навязаны, чтобы скрыть историческую правду. Ведь в чем проблема сегодняшней Прибалтики по отношению к прошлому, почему она все больше скатывается к мыслям, вольно или невольно оправдывающим Гитлера и фашизм? Это провоцируется отсутствием у нее концепции «меньшего зла». Коль скоро СССР для захвативших сейчас в Прибалтике власть правых (по крайней мере что касается идеологического пространства) является абсолютным злом, то понятно, что всякое другое зло, будь это даже хоть сам Адольф Гитлер с его нацизмом, представляется уже не абсолютным. А это означает, что это в каком-то смысле добро: что и так называемое невольное, косвенное оправдание Гитлера (но со стороны очевидное) со всей отчетливостью мы и наблюдаем сегодня в Прибалтике. Но здесь, надо признать, проблема не только одних прибалтов. Это проблема и российского идеологического пространства, в котором до сих пор не определена «степень зла» сталинского режима, и эта степень не сравнена со злом режима гитлеровского (а в более широком контексте — и злом других режимов и систем, включая современные). Прежде всего мы, в России, должны до конца определиться сами. Не надо бояться говорить о зле того или иного режима, поскольку идеальных режимов не существует вообще. Зло можно найти везде, просто его надо сравнивать. Все-таки, при всем своем авторитаризме, у сталинского режима не было идей физического истребления наций и рас. Об этом нужно трубить. Да, был ГУЛАГ со своими ужасами, хорошо описанными Александром Солженицыным и другими узниками. Но никто, никакие Берии не додумались до планомерного массового строительства газовых камер, крематориев, фабрик по физическому уничтожению (ссылки — это не Освенцим) целых наций, и нигде, ни в одном застенке ГУЛАГа, насколько известно, не было найдено мыла, сваренного из человеческого тела, абажуров, сделанных из человеческих голов.
Есть существенная разница между жестокостью человека и зверством животного, между насилием над свободой человека и выходом за пределы человека вообще. Как есть разница между идеологией построения земного рая для всех с равными возможностями и откровенной идеологией истребления рас. Сталинский режим был жестоким, где-то коварным режимом, но при всей своей жестокости он сохранял, по сравнению с правлением фашистов в Германии, во многом человеческий облик. Не благодаря ли гуманистической по своей сущности (сравним с гитлеровской) идеологической надстройке? Или мы будем отрицать влияние надстройки на сущность режима? Какие-то пределы на пути утраты человеческого были заложены в самой системе, которые не позволили ей опуститься до идей изобретения газовых камер и истребления целых рас, а в будущем, при правлении Никиты Хрущева и Леонида Брежнева, не говоря уже о Михаиле Горбачеве, эти пределы позволили подняться до определенных гуманных критериев в смысле социального обеспечения и относительной внутренней свободы (вспомним хотя бы творческие взлеты лучших представителей культуры того времени, а в плане массового представительства движение песенников-бардов и культ горного туризма). Случайно ли Прибалтика сравнительно легко, с минимумом крови (в причинах пролития которой еще нужно до конца разобраться) была отпущена на свободу — Горбачев приезжал в Литву упрашивать ее не выходить из СССР! Это ли не свидетельство гуманности режима, который сейчас сравнивается с гитлеровским (в пользу последнего!)? Режиму явно не хватило жестокости (вспомним, приблизительно в то же время, в 1989 году, Тяньань- мэнь): так, может, не хватило, потому что в его природе ее было недостаточно? Если бы это было не так, если бы какой-то гуманизм не был заложен в той системе, которую сегодня все пытаются смешать с землей, — почему в самой Прибалтике поколение, жившее в СССР, проявляет ностальгию по тем временам? Тоскуют они по правлению Москвы? Нет, абсолютное большинство коренных литовцев, например, поддерживают статус Литвы как независимого государства. Значит, простые люди, жившие в СССР, ощущают ностальгию по каким-то общечеловеческим факторам, которые — да, наряду с отрицательными, и об этом тоже надо говорить, — присутствовали в той жизни и которых, очевидно, они не находят в независимой Литве сегодня. Но лицом к оголтелой пропаганде, преподносящей СССР как абсолютное (а не относительное!) зло, эти люди не знают, что делать со своими чувствами. Они даже и сами повторяют уже то, чем им промыли мозги, но чувства, имеющие прямую связь с истиной, не обманешь. Значит, мы, может быть, не должны говорить о сталинских временах как о благе — потому что в сталинское время было много зла, и мы не можем идти против правды. Но, говоря о зле сталинского режима, мы должны все же определять, в сравнении со всяким другим злом, уровень этого зла. И видеть не только жестокие годы советского режима, но и его то и дело проступающее сквозь систему человеческое лицо последних 30 лет.
<< | >>
Источник: Павловский Г. О.. Россия и «санитарный кордон»: Сборник / сост.: ИА REGNUM, - М.: Издательство «Европа». - 220 с.. 2005

Еще по теме У Прибалтики отсутствует понятие «меньшего зла»:

  1. Возврат к церковному мировоззрению. н. В. Го голь. н ачало «славянофильства». А. С. Х омяков
  2. А. Г. Вишневский РАННИЕ ЭТАПЫ СТАНОВЛЕНИЯ НОВОГО ТИПА РОЖДАЕМОСТИ В РОССИИ
  3. Русская школа геополитики Суши
  4. Национальный вопрос в России.
  5. У Прибалтики отсутствует понятие «меньшего зла»
  6. Зло СССР и Третьего рейха
  7. Катехизис
  8. Глава 2 ИСТОРИЧЕСКИЕ ПРЕДАНИЯ НОРВЕГИИ ДО 950 г.
  9. ТРАДИЦИЯ - ЯЗЫЧЕСТВО НА ПЕРЕЛОМЕ ЭПОХ
  10. Глава 7. «Монгольская эпоха» в истории Руси и истинный смысл и значение Куликовской битвы
  11. Творческие ответы
  12. Часть 3. Бегство с добычей
  13. Глава 3 Монгольское нашествие
  14. Глава 7 Начало Московского царства
  15. Глава 8 Эпоха террора
  16. Толковый словарь понятий и терминов
  17. Глава 3. Сюжет о пророке и отечестве: новый поворот
  18. Законодательство о религиозных культах и свобода совести в СССР