<<
>>

Целерациональное действие как методологическая категория социологии Вебера

Поскольку, однако, Вебер рассматривает целерациональное действие как идеальный тип, постольку он вправе заявить, что «рационалистический» характер его метода вовсе не предполагает рационалистической трактовки самой социальной реальности.
Целерациональность—это, по Веберу, лишь методологическая, а не «онтологическая» установка социолога, это средство анализа действительности, а не характеристика самой этой действительности. Этот момент Вебер специально подчеркивает. Хотя Вебер заботится о том, чтобы отделить целерациональное действие как конструируемый идеальный тип от самой эмпи- рической реальности, однако проблема соотношения /идеально- типической конструкции и эмпирической реальности далеко не так^проста, как можно было бы думать, и однозначного решения этой проблемы у самого Вебера нет. Как бы ни хбтелось Веберу раз и навсегда четко разделить эти две сферы, ко при первой же попытке реально работать с идеально-типической конструкцией эта четкость разделения исчезает. В общей форме мы уже выявили те трудности, которые возникают здесь у Вебера. Какие предпосылки, важные для социологической теории, содержит в себе целерациональное действие? Выбирая целерациональное действие в качестве методологической основы для социологии, Вебер тем самым отмежевывается от тех социологических теорий, которые в качестве исходной реальности берут социальные «тотальности», например: «народ», «общество», «государство», «экономика». Вебер резко критикует в этой связи «органическую социологию», рассматривающую отдельного индивида как часть, «клеточку» некоторого социального организма. Вебер решительно возражает против рассмотрения общества по биологической модели: понятие организма в применении к обществу может быть лишь метафорой — не больше. «Для других познавательных целей может быть полезно или необходимо понять отдельного индивида, например, как некое обобществление „клеток" или комплекс биохимических реакций...
Но для социологии (в употребляемом здесь значении слова), так же, как и для истории, объектом познания является именно смысловая связь поведения» [28, S. 513]. Органицист- ский подход к изучению общества абстрагируется от того, что человек есть существо, действующее сознательно. Аналогия между индивидом и клеткой тела (или его органом) возможна лишь при условии, что фактор сознания признается несущественным. Против этого-то и возражает Вебер, выдвигая такую модель социального действия, которая принимает этот фактор в качестве существенного. А поскольку этот фактор Вебер объявляет необходимой предпосылкой социологии, постольку он исходит в своих исследованиях не из социального «целого», а из отдельного индивида. «Действие как поведение, ориентированное на понятный смысл, существует для нас всегда только как действие одной или многих отдельных личностей» [Ibid., S. 513]. Принцип «понимания» оказывается, таким образом, критерием, с помощью которого отделяется сфера, релевантная для социолога, от той, которая не может быть предметом социологического исследования. Поведение индивида мы понимаем, а поведение клетки — нет. Не «понимаем» мы также — в веберовском значении слова — и «действие» народа или народного хо- зяйства, ^отя вполне можем понять действия составляющих народ (или участвующих в народном хозяйстве) индивидов. Вот почему Вебер говорит: «Такие понятия, как «государство», «товарищество», «феодализм» и др., обозначают для социологии, вообще говоря, категории определенного рода совместных действий людей, и задача социологии, следовательно, состоит в том, чтобы свести их к «понятным» действиям, т. е. без исключения к действиям отдельных участников» [Ibid., S. 415]. Такой подход обязателен, по Веберу, для социолога, но не является обязательным для всех вообще наук о человеке. Так, юриспруденция при известных обстоятельствах может рассматривать в качестве «правового лица» также и государство или тот или иной коллектив; социология же не вправе этого делать.
Ее подход предполагает рассмотрение даже таких социальных образований, как право, лишь в той форме, как оно преломляется через целерациональное действие (а стало быть, через сознание) отдельного индивида. «Поскольку «право» становится объектом исследования социологии, последняя имеет дело не с опосредованием логически правильного «объективного» содержания правовых принципов, а с действием (индивида), среди детерминант и результатов которого значительную роль играют также и представления человека о «смысле» и «значимости» определенных юридических принципов» [Ibid., S. 416]. Поскольку, таким образом, согласно Веберу, общественные институты (право, государство, религия и др.) должны изучаться социологией в той форме, в какой они становятся значимыми для отдельных индивидов, в какой последние реально ориентированы на них в своих действиях, постольку снимается тот привкус «метафизики», который всегда присутствует в социальных учениях, принимающих за исходное именно эти институты (как и вообще «целостности»). Этот привкус неизбежно ощущается в социальных теориях, создаваемых на основе методологических предпосылок реализма в средневековом значении этого понятия. Этой точке зрения Вебер противопоставляет требование исходить в социологии из действий отдельных индивидов. Его позицию можно было бы, исходя из этого, охарактеризовать как номиналистическую. Однако это не вполне адекватная характеристика, и вот почему. Требование исходить из индивидуального действия выставляется Вебером как принцип познания, а в силу неокантианской установки Вебера характеристика принципов познания отнюдь не есть в то же время и характеристика самой социальной реальности. Реальность пластична в том смысле, что ее можно изучать также и по-другому, результатом чего может быть наука, отличьая от социологии, например юриспруденция или политическая экономия. Стало быть, говоря об лндивиду- альном целерациональном действии, Вебер не утверждает, что оно есть характеристика самой реальности социалуюй жизни, а принимает его в качестве идеального типа, который в чистом виде редко встречается в действительности.
Поэтому целесообразно было бы говорить о методологическом |юминализме или, точнее, о методологическом индивидуализме Вебера. Но у методологического индивидуализма есть, конечно, свои содержательные («онтологические») импликации. Постулируя в качестве исходного пункта целерациональное действие, Вебер выступает против трактовки сознания как эпифеноменав. Основной методологический исходный пункт Вебера можно было бы сформулировать так: человек сам знает, чего он хочет. Разумеется, в действительности человек далеко не всегда знает, чего он хочет, ведь целерациональное действие — это идеальный случай. Но социолог должен исходить именно из этого идеального случая, как из теоретико-методологической предпосылки. Учитывая отмеченные нами содержательные импликации, которые предполагает методическое понятие социального действия, нельзя не согласиться с утверждением И. С. Кона, что «методологические принципы Вебера тесно связаны с его пониманием исторического процесса. Общественная жизнь, по Веберу, есть взаимодействие отдельных людей» [12, S. 136], и хотя сам Вебер постоянно подчеркивает исключительно методологическое значение своих идеально-типических конструкций, мы тем не менее должны констатировать, что его методологический индивидуализм неразрывно связан с индивидуализмом его мировоззрения и с трактовкой общества как взаимодействия индивидов, т. е. с социологическим номинализмом. 1.
<< | >>
Источник: Кон И.С. История буржуазной социологии XIX — начала XX века. 1980

Еще по теме Целерациональное действие как методологическая категория социологии Вебера:

  1. 2.2. Модели субъектных оснований воспроизводства общества
  2. Власть и связанные с ней понятия
  3. 1.1. ПОНЯТИЕ СМЫСЛА В ГУМАНИТАРНЫХ НАУКАХ
  4. 10. ВОЗНИКНОВЕНИЕ СОЦИОЛОГИИ В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX В. И ПРЕДШЕСТВЕННИКИ ОБЩЕЙ СОЦИОЛОГИИ
  5. § 1. О парадигмальном статусе социологии
  6. § 2. Специфика естественнонаучного и социального познания
  7. Лекция 3 Макс Вебер. Социальное действие
  8. ГЛАВА 3 ЭПИСТЕМОЛОГИЯ СОЦИАЛЬНОГО: ДЕКОНСТРУКТИВИСТСКОЕ ЧТЕНИЕ ТЕКСТОВ
  9. 3. Общая оценка интегральной системы Сорокина, ее место в современной буржуазной социологии
  10. Проблема понимания и категория «социального действия»
  11. Целерациональное действие как методологическая категория социологии Вебера
  12. Социальное действие и «установка на другого» — «ожидание»
  13. Виды социального действия
  14. Учение Вебера о типах господства
  15. Противоречивость политической позиции Вебера
  16. П. Социология религии
  17. ФЕНОМЕНОЛОГИЧЕСКАЯ СОЦИОЛОГИЯ Альфреда Шюца