>>

ПРЕДИСЛОВИЕ К НОВОМУ ИЗДАНИЮ

Так называемый «Процесс Талаата-паши», который состоялся 2 и 3 июня 1921 года в Берлине, по делу армянского студента Согомона Тейлиряна (в судебных актах — Саломон Тейлирян), относится к крупным историческим политическим процессам, так как он вышел далеко за рамки выявления обстоятельств смертельного выстрела армянина в бывшего министра внутренних дел Турции.
В этом смысле высказывается также Армии Т. Вегнер, автор предисловия к первому изданию 1921 года, когда говорит о «всемирно-историческом значении» указанного судебного процесса и о «символической фигуре обвиняемого Тейлиряна», который являлся лишь «атомом», в котором сконцентрировалась боль целого измученного народа, совершившего в отчаянном сопротивлении свою месть». О чем конкретно идет речь? Жертва Талаат с 1909 по 1918 год являлся членом правительства младотурецких националистов и, будучи министром внутренних дел Турции, нес главную ответственность за младотурецкую политику истребления, жертвой которой в период с 1915 по 1918 год стали полтора миллиона армян. Телеграммы младотурецкого министерства внутренних дел, подписанные Талаатом (см. приложение Б), однозначно доказывают ответственность правительства за этот геноцид, который до настоящего времени отрицается всеми турецкими правительствами. В начале октября 1918 года султан Мехмед VI распустил младотурецкий триумвират, состоявший из военного министра Энвера-паши, министра внутренних дел Талаата-паши и морского министра Джемаля-паши. В 1919 году в Константинополе военным трибуналом союзных государств Талаат как военный преступник был заочно приговорен к смертной казни. Армянский студент Тейлирян, уроженец одного из сел под городом Эрзинджаном, потерял всю свою семью во время маршей смерти, организованных по приказу Талаата. В 1920 году Тейлирян последовал за бежавшим в Париж Талаатом, а оттуда в декабре того же года в Германию, где и застрелил его утром 15 марта 1921 года в Берлине-Шарлоттенбурге на Гарденбергштрассе.
С формальной, юридической, точки зрения, приговор суда зависел от ответа на вопрос, совершил ли Тейлирян свое деяние умышленно или согласно ст. 51 в состоянии аффекта. Пятеро медицинских экспертов большинством голосов пришли к мнению, что настоящей эпилепсии в смысле вузовской медицины у Тейлиряна не имеется, но состояние болезни обвиняемого, которое после ранения и шоковых потрясений (Тейлирян два дня без сознания лежал под трупом своего брата) ухудшилось настолько, что патологические мотивы деяния также нельзя исключать. Кстати, это описание душевнобольного человека, робкого преступника, существенно отличается от той картины, которую предпочитают рисовать армянские историки. В их описаниях Тейлирян выступает в качестве молодого борца за свободу и народного мстителя. Историческая правда, по-видимому, находится где-то в середине между процессуальной тактикой и преувеличенным мнением представителей униженного и не имеющего политического влияния народа, которые хотят видеть в образе-идеале Тейлиряна ту уравновешивающую справедливость, которая, пожалуй, никогда не существовала в истории. После судебного процесса Тейлирян жил в США, женился, заимел сына и дочь, затем скончался в 1960 году в сравнительно молодом возрасте — 64 лет. Судебный процесс по делу Тейлиряна в июне 1921 года закончился оправданием обвиняемого при «большом волнении в зале и под аплодисменты». Показания свидетелей-армян, переживших марши смерти, г-жи Терзибашян и армянского епископа Палакяна, а также самого обвиняемого превратит судебный процесс в обвинение против жертвы и миллионы раз виновного Талаата. Поэтому судебный процесс связывался не с Тейлиряном, а с именем Талаата и вошел в историю как «Процесс Талаата-паши». После сенсационного оправдания Тейлиряна отчет о судебном процессе, казалось, разделил дальнейшую судьбу армянского народа. Будучи в очень немногих публичных библиотеках, он на протяжении нескольких десятилетий был предан забвению, что, как в этом можно убедиться, до сегодняшнего дня всегда шло на пользу юридическим и моральным наследникам Талаата.
По этой причине новое издание отчета о судебном процессе имеет целью не допустить, чтобы умалчивание геноцида 1915-1918 годов стало закономерностью в армянской истории. Поводом для этого служит дата 24 апреля 1980 года, когда исполняется 65-я годовщина памяти о дне 24 апреля. 24 апреля 1915 года. Эта дата является для армян началом тех событий, которые впоследствии стали известны всему миру под сокращенным названием «Армянские ужасы». Сокращенное название имело две причины: с одной стороны, потому, что еще в 90-х годах прошлого века имели место случаи резни армянского населения на захваченных турками территориях Армении (1894-1896), которые затем продолжили младотурки после прихода к власти в 1909 и 1912 годах, с другой стороны, выражение «Армянские ужасы» умаляет значение цели правительства младотурок, которое под «решением армянского вопроса» понимало полное физическое уничтожение армянского населения в Турции. Следовательно, истребление армян не было стихийно начавшимся погромом, а запланированным и разработанным геноцидом во всех заселенных армянами областях, находящихся под турецким господством — в семи армянских вилайетах Восточной Анатолии (Трапезунд, Эрзерум, Себастия, Харберт или Мамурет-уль-Азиз, Диарбекир и Ван), в Северной Сирии и Месопотамии (в округах Алеппо, Антиохия, Суэдия, Кессаб, Александретта, Киллис, Айнтаб и Урфа), а также в Киликии, включая вилайеты Аданы и расположенные в Тавре и Аманусе части вилайетов Алеппо. Геноцид начался с призыва в армию в феврале 1915 года годного к военной службе армянского мужского населения. Солдат-армян разоружали и использовали как пленных на принудительных работах, пока они не умирали сами от истощения или же их убивали. В ночь с 24 на 25 апреля 1915 года и в последующие дни в Константинополе, где находилась наиболее активная в культурном и политическом отношении армянская община, были арестованы 600 видных армянских деятелей, из которых осталось в живых всего 15 человек. Оба мероприятия — призыв в армию и убийство годных к военной службе мужчин и уничтожение идейно-политического руководства армян — преследовали цель лишить армянское гражданское население всякой возможности объединиться в политическом и военном отношениях и защитить себя.
После этого по всей стране начались организованная резня и истребление беззащитного гражданского населения, которые за границей, и прежде всего в Германии, деликатно именовались понятием «дислокация» (переселение). В действительности же в разработанном министерством внутренних дел Турции плане уничтожения предусматривалось, что ни один армянин не должен остаться в живых после депортации. То есть те, кого не убивали на месте, должны были погибнуть во время или в конце депортационных маршей от голода, жажды или эпидемий. «По осторожным оценкам, в результате этого тщательно осуществленного плана погибло 1,5 миллиона армян», — писал комиссар Лиги Наций Фритьоф Нансен. Если к этому добавить количество жертв резни, осуществленной фанатичным азербайджанским (тюркское племя) населением в отношении армян Закавказья (в 1918 году в Баку — 30 тысяч), и резню, организованную в послевоенные годы (1919-1922) во время боев кемалистов (в 1919 году — 20 тысяч армян в Кундшуларе, в 1921 году — 20 тысяч армян в Гандже, а также при захвате кемалистами Измира в 1922 году — 10 тысяч армян), то общее число приближается к двум миллионам армян, убитым с 1894 по 1922 год турецкими фанатиками в Турции и в Закавказье. Однако кульминационным пунктом приступа бешенства турок явились 1915-1918 годы, так как во время первой мировой войны Турция считала себя в безопасности от нежелательной интервенции держав Антанты — Англии, Франции и России. Наиболее решающими факторами для судьбы армян явились турецкий национализм, сформулированный в идеологии пантюркизма комитета «Единение и прогресс», а также свободолюбивые устремления армянского народа по примеру более удачливых балканских народов, прежде всего Греции и Болгарии. Обе эти силы высвободились после упадка Османской империи. Если события, имевшие место до, во время и после первой мировой войны, обрисовывают непосредственное историческое прошлое судебного процесса по делу Тейлиряна, то теперь предстоит выяснить политическую подоплеку судебного процесса, поскольку это затрагивает взаимоотношения между турками, немцами и армянами.
В этой связи Берлин как город, в котором состоялся судебный процесс, имеет такое же символическое значение, какое имеет личность обвиняемого. Ибо хотя и Тейлирян, как говорят, после совершения убийства воскликнул. «Я армянин, этот — турок, для Германии никакого вреда!», немецкой стороне было трудно во время процесса занять непредвзятую позицию по отношению к совершившему покушение армянину. Германо-армянские отношения, так же как и германо-турецкие, несли в себе слишком много груза прошлого, и к тому же интерес мировой общественности к этому судебному процессу был огромным. Защита Тейлиряна в ходе судебного процесса неоднократно намекала на это обстоятельство и напоминала о той печальной славе, которую снискала себе Германская империя в качестве союзника Турции*, так как она не только сложа руки наблюдала, как турки убивали армянское гражданское население, и не использовала свое огромное экономическое, военное и политическое влияние на Турцию, но и в своей внешней политике восхваляла и оправдывала политику истребления, проводимую младотурецким союзником, так что, как подтверждают многочисленные свидетели-немцы, среди турок и армян в одинаковой степени возникло впечатление, что геноцид совершается в интересах Германии. Об этой убежденности в совместной ответственности немцев или в их влиянии на турок свидетельствует также отчаянная мольба той помешавшейся от ужаса армянки, которая незадолго до своей смерти умоляла немецких медсестер: «Мы готовы стать мусульманками, мы готовы стать немками, кем хотите, только спасите нас, сейчас они поведут нас в Кемах и перережут нам горло» (приложение А). __________________ * Например, для реорганизации турецких вооруженных сил Германия направила в Турцию военную миссию, а в 1909 году после прихода к власти младотурок генеральным инспектором турецких вооруженных сил был назначен известный фельдмаршал фон дер Гольц. Незадолго перед началом первой мировой войны и геноцида армян его сменил в этой должности маршал Лиман фон Зандерс. __________________ Корни недоверия армян к Германии уходят далеко в историю германской политики в отношении России и, соответственно, Турции.
Германия с давних пор из-за вражды с Россией была союзником ее врага Турции и связывала с этой страной, как ни одна другая крупная европейская держава, большие военные и экономические надежды. Поэтому ставить из-за армян, которых турки считали прорусской «пятой колонной», под угрозу свое влияние на Турцию Германии было невыгодно. Тогда, как и сегодня, политика власти доминировала над гуманистическими критериями. Короткий перерыв в традиционной германской политике в отношении Турции и соответственно Армении наступил в 1919 году, когда была основана молодая немецкая республика, которая и во внешней политике пыталась применять другие критерии, чем Германская империя. Палитра политических воззрений в первой республике Германии прослеживается в заключительных актах и речах прокурора и защитника Тейлнряна Вертхауера. В то время как консервативно аргументирующий прокурор напомнил об обязательствах верности германо-младотурецкому военному союзу, Вертхауер назвал Талаата «бежавшим из страны преступником», который никогда не был союзником немецкого народа, а лишь «бывшего милитаристского режима». Угроза Армении со стороны «милитаристских» соседей, Советской России и Турции, вызывала, с точки зрения республиканцев и пацифистов, которых представлял Вертхауер, эмоциональное отождествление с армянским национальным государством. Главная общность во взаимопонимании немецкой и армянской республик в послевоенный период заключалась, пожалуй, в усталости от войны и в признании себя сторонником парламентаризма западного образца Положение Армении после первой мировой войны было весьма сложным - расформирование и отход русских воинских частей в 1917-1918 годах на фронты гражданской войны в России лишили защиты население армянских территорий, находящихся под властью русских, и открыли дорогу для военного вторжения Турции, которая рвалась через Армению в Азербайджан. Во время этого наступления турецких националистов армян Закавказья ожидала та же участь, что и их земляков в Западной Армении несколько лет тому назад. И вот 28 мая 1918 года под Сардарапатом, недалеко от Еревана, состоялась решающая битва между турками и армянами, во время которой случилось невероятное: в этой уникальной оборонительной битве армянам удалось остановить технически и количественно намного превосходящую турецкую захватническую армию. В ней участвовали не только регулярные части, но и весь народ, несовершеннолетние подростки, домохозяйки и даже монахи из близлежащего Эчмиадзинского собора. Вскоре после этого была провозглашена Армянская Республика, которая, правда безуспешно, надеялась на эффективную помощь Франции, Англии и США. Но вскоре, находясь под угрозой повторного нападения Турции, раздираемая изнутри политически, и перед неразрешимыми социальными проблемами — массы беженцев, голод и эпидемии — после долгих и бурных дебатов буржуазное правительство Армянской Республики 2 декабря 1920 года уступило власть Советам. 30 декабря 1922 года Армения окончательно присоединилась к Советскому Союзу. Несмотря на передачу власти Советам, весной 1921 года вспыхнуло антисоветское восстание, которое было вызвано связями Советской России с кемалистской Турцией, которые были восприняты армянским населением как предательство. Всего лишь через день после выстрела Тейлиряна в Талаата, то есть 16 марта 1921 года, Москва заключила договор о дружбе между Советской Россией и Турцией, согласно которому Советская Россия уступала Турции армянские города Карс и Ардаган и брала на себя обязательство снабжать Турцию деньгами и военным снаряжением. Мустафа Кемаль, будущий первый президент Турции и «отец всех турок» («Ататюрк»), был провозглашен в России антиимпериалистическим революционером. Для большинства армян тогда было совершенно ясным, что жизненные права Армении принесены в жертву этим русско-турецким объятиям. С точки зрения Германии, русско-турецкая ось представлялась тогда как «большевистско-турецкий поход против армян», который был разоработан в Москве Энвером-пашой и возглавлялся им. Казалось, что Армения займет место традиционного антирусского союзника Турции, однако, прежде чем могло наступить такое стечение обстоятельств, внутриполитические и внешнеполитические условия на обрубленной армянской территории, как было упомянуто выше, изменились, и политический интерес Германии к Армении погас навсегда. «Третий рейх» в Германии снова стал союзником Турции против СССР и бывших государств Антанты, и с точки зрения тогдашней германской политики в отношении турок было последовательным, что бренные останки организатора массовых убийств Талаата в марте 1943 года были перевезены из Берлина в Стамбул, где были захоронены на холме Свободы — кладбище выдающихся людей в Константинополе, в присутствии германского посла и военного преступника Франца фон Папена. Один из ведущих турецких журналистов выразил в этой связи благодарность турецкой нации за возвращение праха Талаата-паши на его родину, «где за это время были осуществлены его идеи». День смерти Талаата до сих пор торжественно отмечается в Турции и с уважением упоминается в прессе. Федеративная Республика Германии осталась партнером Турции также по НАТО и ЕЭС. Кроме этого, ФРГ должна учитывать наличие около 2 миллионов турецких граждан внутри страны. Правда, культурные и социальные потребности тех из них, которые принадлежат к курдской, армянской, ассирийской или другой национальности, часто меньше интересуют власти ФРГ, чем те же потребности турок. В Берлине, например, который по количеству жителей турецкой национальности (100 тысяч человек) занимает четвертое место в мире, в 1978 году Кройцбергское районное управление культуры отклонило ходатайство о проведении армянского культурно-просветительского мероприятия из уважения к турецким жителям этого района города. По сравнению с Великобританией и Францией — только в Марселе проживает 60 тысяч армян — в ФРГ заметно мало ведется исследований об Армении, о ней мало публикуется. Небольшое число армян — от 5000 до 7000 человек, — которые в настоящее время живут в ФРГ, является следствием, а не причиной этого упущения. В этом постоянстве позиции Германии в отношении турок и армян настоящий судебный процесс представляет собой интересное, хотя и кратковременное исключение. В процессе по делу Тейлиряна участвовали самые преданные друзья армян в Германии, которые в кайзеровские времена из-за тогдашних антиармянских запретов цензуры едва ли могли оказывать влияние на общественное мнение и вынуждены были писать в полулегальных условиях: д-р Иоганнес Лепсиус, евангельский пастор и основатель Германской Восточной миссии, а также Немецко-Армянского общества (основано в 1914 году), дал как эксперт общее описание геноцида*; не умаляя заслуги этого искреннего друга армян, исходя из сегодняшних позиций, следует критически отметить, что многое из того, что Лепсиус сказал об отношениях между Германией и Арменией, а также о роли Германии в армянской истории, находилось под воздействием ложно понятого патриотизма, который затуманил его взгляд на историческую правду. Так, Лепсиус в своих работах, а также во время судебного процесса в 1921 году обвиняет союзников и Россию в предательстве армян, а Германии приписывает совершенно незаслуженную роль помощника армян. Такие же восхваляющие слова можно найти и в предисловии к важнейшей работе Лепсиуса «Германия и Армения. 1914-1918 гг. Сборник дипломатических документов», Потсдам, 1919 год. И напротив, непреходящее значение имеют высказывания Лепсиуса о социальном происхождении жертв геноцида армян. Лепсиус недвусмысленно говорит, что жертвами геноцида стали в первую очередь крестьяне и ремесленники, которые составляли 80 процентов западноармянского населения. Тот факт, что Лепсиус чувствовал себя обязанным сделать такое заявление, доказывает, что уже тогда делались попытки преуменьшить значение геноцида, утверждая, будто его жертвами являлись «богачи и купцы». Вслед за армянами такими же эпитетами дискриминировались в Индокитае евреи и китайцы. __________________ * Цифры о жертвах османских младотурецких акций уничтожения, приведенные Лепсиусом в своих публикациях и на суде, оказались заниженными Так, например, за период с 1915 по 1918 год было убито не 1 миллион армян, а 1,5 миллиона; во время резни 1894 года в Сасуне было убито не 1000 армян, а 5000; во время резни 1894-1896 годов — не 100 тысяч армян, а 300 тысяч во время организованной младотурками резни 1909 года в Киликии — не 25 тысяч, а 30 тысяч армян. __________________ Как свидетель защиты держался наготове также и писатель-путешественник Армин Т. Вегнер, который во время первой мировой войны находился в Турции в качестве офицера санитарной службы и запечатлел геноцид на фотографиях. В 1919 году он обратился со знаменитым открытым «письмом к Президенту Соединенных Штатов Северной Америки господину Вудро Вильсону», чтобы привлечь его внимание к положению армян. Оправдательный приговор Тейлиряна 17.06.1921г. означал счастливый поворот в его собственной жизни и в особенности моральную победу для армян, судьба которых благодаря деянию Тейлиряна была вынесена на публичное обсуждение За исключением судебных процессов над военными преступниками, организованных союзническими державами в 1919 году, Турция никогда не несла ответственность за геноцид армян и никогда со своей стороны не пыталась возместить моральный и материальный ущерб. Напротив, она осуществляет пропагандистский подход, обходящийся дорого, против объективного изложения положения, и турецкие диплома ты, например, яростно протестуют в Комиссии ООН по правам человека против всяких попыток упоминания о геноциде армян в международных законах или даже в обзорных материалах В то время как для мировой общественности первая мировая война и геноцид армян стали почти давно прошедшими событиями, армянский народ до сегодняшнего дня страдает от непосредственных и косвенных последствии геноцида: его родина разделена между обоими политико-стратегическими военными блоками современности — государствами Варшавского пакта в лице СССР и НАТО в лице Турции. В Турции, согласно советско-армянским данным, проживает в настоящее время около 250 тысяч армян*, причем приблизительно 150 тысяч из них в своих первоначальных областях поселения — в Западной Армении. Большинство из них, особенно в сельских местностях, подвергается жесточайшей эксплуатации, если они осмеливаются открыто заявлять о своей национальной принадлежности. Они ведут совершенно отрешенный образ жизни, так называемые криптоармяне, которых умышленно держат в неведении о существовании Армянской ССР с тремя миллионами армян на оставшейся армянской территории и еще с четырьмя миллионами армян в СССР и за его пределами. Криптоармяне Западной Армении остались армянами только в этнографическом смысле; их ассимиляция заранее запрограммирована и является конечной целью турецкого правительства в долгой истории этого геноцида. Приблизительно 100 тысяч армян, которые в настоящее время живут в Константинополе, где армянская община по-прежнему самая крупная, условия, по-видимому, более сносные. Однако в действительности осуществление их прав как «религиозного меньшинства», гарантированных Лозаннским договором 1923 года, крайне затруднено огромным количеством ухищренных оговорок официальных властей, которые преследуют очевидную цель добиться и здесь отречения и в конце концов отказа от своей армянской национальной принадлежности. __________________ * В последней официальной турецкой статистике 1960 года указывается лишь 52756 армян. __________________ Не меньше ущемлены и армяне, проживающие за границей; в настоящее время их около двух миллионов за пределами СССР. Проблема отсутствия у них родины, разорванные семейные узы и страх перед ассимиляцией и потерей национальной принадлежности, страх перед юридическим бесправием статуса иностранца и отсутствием национального представительства являются прямым следствием турецкой политики истребления и депортации. Больше всего под угрозой истребления сегодня находятся ровно 200 тысяч армян, проживающих в Ливане, которые десятки лет занимают нейтральную позицию по отношению ко всем лагерям в гражданской войне. Разумеется, Турция небезуспешно пытается через Израиль, с которым она связана дипломатическими отношениями и договорами о поставках оружия, оказывать влияние на фалангистов в Бейруте и «деарменизировать» Ливан. Христианские отряды правых все чаще нападают на армянский квартал в Бейруте и устраивают охоту на армян; армяне не без основания опасаются повторения резни и депортации 1915 года. И все-таки сегодня армянская судьба, по-видимому, несет на себе печать забывчивой совести мировой общественности, которая таким образом способствовала и продолжает способствовать всем будущим геноцидам. Характерно, что Адольф Гитлер, духовный наследник Талаата, понял эту взаимосвязь, когда 22 августа 1939 года объявил всем главнокомандующим войсковых частей о нападении на Польшу и пытался рассеять их сомнения относительно своих планов уничтожения «славянских недочеловеков» следующим аргументом: «Я отдал приказ (...) о том, что цель войны заключается не в достижении определенных рубежей, а в физическом уничтожении противника. Так, я (...) приказал моим отборным частям СС беспощадно, без сострадания уничтожать мужчин, женщин и детей польского происхождения. Только так мы сможем завоевать необходимое нам жизненное пространство. Кто сегодня вспоминает об истреблении армян?»* __________________ * Цитируется по «Актам германской внешней политики 1919-1945 гг.», серия Д, VII, № 193, с. 171, прим. 1. __________________ Значит, наша цель вызвать снова в памяти людей геноцид 1915-1918 годов посредством нового издания «Процесса Талаата-паши» не может иметь чисто историческую природу. Цель наша направлена в первую очередь в будущее, в котором не только должно быть улучшено положение армян, но и необходимо в широком смысле разорвать кольцо геноцида и забытья. Пользуясь случаем, хочу выразить благодарность г-ну Жирайру Кочаряну, преподавателю армянского языка Берлинского Свободного университета, за его помощь и участие в подготовке нового издания, которое без него не могло бы осуществиться. Тесса Гофман
| >>
Источник: Армин Вегнер. СУДЕБНЫЙ ПРОЦЕСС ТАЛААТА-ПАШИ. 1992

Еще по теме ПРЕДИСЛОВИЕ К НОВОМУ ИЗДАНИЮ:

  1. Предисловие к четвертому изданию
  2. Предисловие к первому изданию
  3. ПРЕДИСЛОВИЕ К ТРЕТЬЕМУ ИЗДАНИЮ
  4. Предисловие к первому изданию
  5. ПРЕДИСЛОВИЕ К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ
  6. ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ СОБРАНИЯ СОЧИНЕНИЙ.
  7. ПРЕДИСЛОВИЕ к шестому изданию
  8. ПРЕДИСЛОВИЕ ко второму изданию
  9. ПРЕДИСЛОВИЕ К ЭЛЕКТРОННОМУ ИЗДАНИЮ
  10. Предисловие к русскому изданию
  11. Предисловие к русскому изданию
  12. Г. В. ПЛЕХАНОВ НЕСКОЛЬКО СЛОВ ОТ ПЕРЕВОДЧИКА (Предисловие к русскому изданию «Манифеста Коммунистической партии» 1882 года) 1
  13. Г. Гейне ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ «КНИГИ ПЕСЕН»
  14. Предисловие ко второму изданию
  15. ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ
  16. Предисловие к первому изданию
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История религии - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -