<<
>>

4.1.Определение понятия аргументативного спора.

Прежде чем перейти к построению аргументационных систем, уточним введенные ранее понятия. Под диалогом мы условились понимать речевую форму аргументативного спора, представляющего собой некий идеализированный тип коммуникативного взаимодействия сторон — когнитивных агентов, в котором его участники выдвигают, защищают свою позицию или критикуют позицию другого агента посредством аргументов доводов за или против. Функции аргументов, из которых сконструированы позиции сторон, в таких диалогах могут выполнять высказывания-пропозиции и высказывания о действиях сторон.

В соответствии с Определением 1, аргументация — это реализуемое когнитивными агентами в диалоге исследование состоятельности позиций сторон, причем в зависимости от вида аргументации эта состоятельность предстает либо как собственно состоятельность в аргументации-обосновании, либо как убедительность — в аргументации- убеждении, либо как супер-убедительность — в аргументации — практическом рассуждении. Причина подобной многоликости понятия аргументативной состоятельности позиции агента спора заключается в том, что его определение связано не только с позицией агента, но с особенностями того вида аргументации, которая реализуется в данном аргументативном споре.

В частности, предметом аргументации-обоснования может быть либо «внутренняя» состоятельность собственной позиции агента, выражаемая посредством ее упорядочивания при помощи отношения support, т.е. состоятельность, которую согласно Определению 5, мы называем слабой, или сильная состоятельность позиции агента, согласно Определению 8, когда ее упорядочивание при помощи отношения attack выражает ее способность отразить контраргументы. В этой Главе мы обсудим дополнительные уточнения понятия аргументативной поддержки support. Подчеркнем, что уточнить особенности отношений аргументативной атаки attack и аргументативной поддержки support можно только на соответствующем уровне анализа спора, и для этой пары отношений этот уровень разный. Для отношения аргументативной поддержки support это можно сделать только на уровне аргументационных множеств, выражающих позиции агентов спора, и невозможно это сделать на уровне аргументационной структуры спора. Иначе обстоит дело с отношением аргументативной атаки attack, и это так по двум взаимосвязанным между собой причинам. Во-первых, потому что attack отражает способ, при помощи которого позиции агентов спора упорядочены относительно друг друга в споре, и подобное упорядочивание связано лишь опосредованно с тем, каким образом каждая из этих позиций упорядочена отношением support. Во вторых, поскольку в связи с attack речь идет о соотношении позиций в споре, постольку уточнять особенности этого аргументативного отношения нужно на аргументационной структуре, а не на аргументационном множестве, как это требуется делать в связи с support. Поэтому мы будем проводить эти уточнения двумя путями: во-первых, посредством установления связи между отдельными элементами структуры когнитивного агента и его позиции в споре, выраженной определенным аргументационным множеством; и, во-вторых, при помощи наложения ряда ограничений на атаки в адрес некоторых элементов аргументационного множества. Кроме этого, одной из центральных задач этой Главы является определение понятия убедительности, призванного характеризовать состоятельность позиции агента в аргументации-убеждении. Чтобы решить эту задачу мы вновь обратимся к функции рационального судьи, введенной в Определении 9, и рассмотрим ее более детально в контексте стандартной аргументационной системы.

В Главах 1-3 мы обсуждали понятие аргументативного спора и говорили о диалоге как о речевой коммуникативной форме его реализации. Здесь мы попытаемся особенности аргументативного спора, характеризующие различные уровни аргументации, о которых уже шла речь, свести воедино. При помощи понятия аргументативного спора мы условились ради целей нашего исследования абстрагироваться от лингво-речевых и социально­коммуникативных аспектов его реализации. Уточним это понятие и будем считать, что в аргументативном споре

(a) Участвуют, по меньшей мере, две стороны — два агента спора;

(b) Каждый агент может выдвинуть не более одной позиции или выступить с критикой в адрес не более чем одной позиции другого агента;

(c) (одним из агентов) была выдвинута хотя бы одна позиция, содержащая точку зрения;

(d) агент, выдвинувший позицию, содержащую точку зрения, привел в ее поддержку хотя бы один аргумент, состоящий из непустого множества доводов;

(e) имеется три стадии: начальная, когда стороны формулируют свои позиции, основная, в ходе которой они выдвигают свои аргументы или обсуждают контраргументы другой стороны, и завершающая, служащая для подведения итогов и установления результата аргументативного спора; при этом необязательно, чтобы все три стадии аргументативного спора были явным образом представлены в диалоге.

Определение 10. Аргументативный спор — это идеальный, согласно пп. a)-e), тип диалога как формы рече-коммуникативного взаимодействия когнитивных агентов в целях реализации аргументации, направленной на выяснение состоятельности их позиций.

Данное определение задает понятие аргументативного спора и с его помощью позволяет исследовать структурно и функционально все три вида аргументации — обоснование, убеждение и практическую аргументацию, и три соответствующих этим видам аргументации разновидности того, каким образом позиция агента спора может быть состоятельной, т.е. собственно состоятельной, убедительной или относительно убедительной. Посредством понятия аргументативного спора можно это сделать, отвлекаясь от особенностей речевой реализации аргументации, от социально­психологических аспектов взаимодействия людей, а также от того, что в аргументации атака и защита позиций сторон (аргументационных множеств) может носить множественный характер. Множественные атаки и защиты позиций сторон мы будем рассматривать как добавление новых аргументов в аргументационные множества, выражающие позиции агентов спора. В Главе 3 мы условились эти добавления мы называть распространениями (expansion), и использовать этот термин также и для соответствующих добавлений - распространений аргументационной структуры данного спора. Распространение аргументационной структуры, равно как и распространение аргументационного множества, составляющего позицию агента спора, можно рассматривать как операцию сложения уже имеющихся аргументов с новыми, и эту операцию мы отличаем от расширения (extension) позиции агента спора. В случае распространения речь идет сугубо о пополнении аргументационной структуры (спора) или аргументационного множества (позиции агента) новыми аргументами и не идет о том, чтобы каким-либо переупорядочивать пополненную позицию относительно аргументационной структуры данного спора. В случае расширения речь идет не столько о пополнении аргументационного множества (позиции агента) новыми аргументами, сколько об определенном упорядочивании вновь образованного множества (позиции) на данной аргументационной структуре. Всякое расширение аргументационного множества есть его распространение, но обратное, строго говоря, неверно, потому что всякое расширение аргументационного множества (позиции агента) есть его определенное упорядочивание, которое может распространяться также и добавляемые к ней новые аргументы.

Вместе с тем в аспекте расширения позиции добавление новых аргументов не является необходимым условием. Например, выдвижение агентом а критических аргументов в адрес позиции в влечет попытки в защитить свою позицию при помощи новых контраргументов, которые могут быть двоякими. Они могут представлять собой добавления к первоначальной позиции в, упорядоченные посредством отношения attack, или переупорядочивание первоначальной позиции без каких-либо добавлений, когда один из уже имеющихся в ней аргументов выдвигается как атакующий критический аргумент в позиции а. Так, в Кухонном споре аргументы Х4 и Х6 являются пополнением — распространением первоначальной позиции Хрущева на первом раунде, состоящей из аргументов Х1, Х2, Х3, Х5, из которых Х1, Х2, Х3 становятся также ее расширениями благодаря тому, что позиция Хрущёва была распространена посредством Х4 и Х6 и упорядочена атаками этих аргументов в адрес Н2, Н3 и Н1, Н4, Н5 соответственно. В отличие от них, аргумент Х5 остается распространением позиции, но не ее расширением, потому что он не защищен от контраргумента Н6 в данном споре (См. схему 2). Хорошо иллюстрирует эту идею добавления как распространения то, что обычно называют распространенным мнением, в отличие от того, что называют расширением кругозора (рационального агента) — когда речь идет об обоснованной модификации знаний.

Распространение и расширение мы будем рассматривать статически, и отвлекаемся от обновления мнений и знаний агента в процессе спора. Термин «дискуссия» мы будем использовать для того, чтобы с его помощью отличать этот идеальный тип диалога от некоторого произвольного речевого взаимодействия сторон, обладающего некоторыми из характеристик, указанных в пп. a)-e), но не обязательно всеми. Дискуссиями мы будем также называть диалоги, относительно которых не было установлено, носят ли они вообще аргументативный характер или нет, т.е. имеется ли в них аргументация.

Поясним, что означают пункты a)-e) в определении аргументативного спора. Пункт (e) говорит о трех его важных чертах. Во-первых, аргументация как процесс отстаивания и критики позиций сторон при помощи выдвижения аргументов не исчерпывает всего речевого взаимодействия, всего диалога, хотя и занимает в нем определенное место. Так, помимо (речевых) действий аргументативного характера, в диалоге могут иметь место и другие (речевые) действия, от изучения которых мы абстрагируемся при помощи понятия аргументативного спора, а именно, от вопросов, реплик, восклицаний, жестов и проч. Например, из записи Кухонных дебатов известно, что дискуссия была непрямой и проводилась через переводчиков, и оба лидера неоднократно уточняли у своих переводчиков смысл сказанного оппонентом. Разумеется, эти уточняющие вопросы мы не учитываем при построении в Главе 1 примера Кухонного спора по мотивам Кухонных дебатов. Кроме этого, на записи теледебатов видно, в ходе этой дискуссии Хрущев и Никсон активно и эмоционально жестикулировали. Некоторые жесты — тыканье пальцем в собеседника, грозные взмахи руками перед лицом оппонента, а также выразительные междометия в ответ на высказывания соперника сделались в дальнейшем предметом пристального внимания специалистов с обеих сторон, потому что при определенной интерпретации они вполне могли быть истолкованы в агрессивном ключе, и некоторые из них именно так и были поняты впоследствии. Однако поскольку ни политическая подоплека, ни эмоционально-психологическая сторона этих дебатов нас здесь не интересует, то от подобного рода действий участников диалога мы отвлекаемся. Во-вторых, такой спор конечен и в смысле процедуры проведения диалога, и в смысле установления состоятельности позиций сторон, и, разумеется, в физическом смысле, т.е. в связи с временными рамками и возможностями и желаниями агентов спора. В-третьих, в нем, по крайней мере, один из участников реализовал успешную аргументацию в пользу своей позиции, которая является также эффективной, если состоятельность этой позиции удовлетворяет требованиям, изложенным в ее определениях для данного вида аргументации.

Пункт (d) обеспечивает функциональную реализуемость аргументативного спора, потому что спор не состоится, если каждый из агентов спора ограничится выдвижением одного и только одного аргумента, т.е., выражаясь языком традиционных подходов к анализу аргументации, если никто из участников, выдвинувших свою точку зрения, не приступит к ее защите на стадии аргументации. Такой исход в диалоге означал бы, что стороны, вступив в дискуссию, по каким-то соображениям отказываются от ее продолжения на начальной стадии своего речевого взаимодействия, которое вследствие этого не состоялось в качестве аргументативного спора.

Выполнение в дискуссии пункта (c) совместно с пунктами (а) и (d) — есть необходимое условие для того, чтобы она была аргументативным спором. В самом деле, совокупность этих требований предполагает не только наличие необходимого количества участников

спора - (а), их готовность его начать и взятие на себя определенных обязательств, связанных с выдвижением аргументов (точки зрения) - (c). Само по себе условие (c) не свидетельствует о том, что участники берут на себя такого рода обязательства, однако реализация их готовности провести спор - (d) говорит именно об этом.

Отметим, что пункт (а), согласно которому в аргументативном споре участвуют непременно два агента, не требуют, чтобы каждый из агентов выдвинул свою точку зрения, хотя условие (с) требует, чтобы каждый выдвинул позицию в споре. Пункт (а) подразумевает, что в споре имеются разные агенты, и, соответственно, существует несовпадение мнений по поводу позиций, заявленных ими. Данное условие соблюдается не только в том случае, когда в споре имеется две эксплицитно противостоящие друг другу позиции, то есть когда в аргументационной структуре AF найдется пара аргументов А и В, таких что

Оно соблюдается также и в том случае, если, в соответствии с пунктом (с), в споре одним из агентов была выдвинута позиция, содержащая точку зрения, а другой агент своей точки зрения явным образом не заявил, хотя и выразил сомнение по отношению к позиции первого агента позиции, тем самым выдвинув свою позицию в споре. Точка зрения в споре у агента в имеется только в том случае, если позиция в содержит хотя одну пару аргументов ф, ф, из которых ф атакует какой-либо из аргументов, принадлежащих позиции а - другого агента спора, а ф поддерживает ф:

Если в позиции агента спора имеется только один аргумент, атакующий позицию другого агентаи, соответственно, нет ни одной пары аргументов, таких что, и

имеетсято данная позиция не содержит точки зрения. И в первом и во

втором случае в споре имеется расхождение во мнениях междуно в первом оно

определяется как конфликт точек зрения или их несогласие, а во втором — как сомнениев адрес позиции(см. п. 4.4).

Таким образом, понятие аргументативного спора отражает особенности анализа аргументации на трех уровнях. Во-первых, на уровне аргументационной структуры, отражающей совокупность всех предъявленных агентами в споре аргументов, а также упорядочивание относительно друг друга аргументов, принадлежащих позициях разных агентов, - при помощи отношения аргументативной атаки attack. На этом уровне, опираясь на информацию об анализе других уровней спора, можно установить состоятельность позиций сторон относительно расширений их позиций ради защиты от контраргументации. Во-вторых, на уровне аргументационных множеств, выражающих

позиции агентов спора. На этом уровне можно уточнять особенности внутреннего строения аргументационных множеств при помощи отношения аргументативной поддержки support. На этом же уровне можно исследовать особенности того, каким образом агенты осуществляют распространения своей позиции, добавляя к ней новые аргументы, с целью ее защиты в споре, а также механизмы реализации критики позиций других агентов. В-третьих, на уровне отдельных аргументов, служащих элементами позиций сторон. На этом уровне можно выяснить, как связаны между собой доводы, составляющие аргументы, и какую функцию выполняет каждый довод в аспекте защиты всей позиции агента или в ракурсе критики позиций других агентов.

В структуре нашей формализованной логико-коммуникативной теории понятие аргументативного спора играет роль механизма, при помощи которого функционируют следующие ее составные части:

(1) аргументационная система, моделирующая указанные три уровня анализа аргументации применительно трем видам аргументации — обоснованию, убеждению и практической аргументации;

(2) когнитивный агент - находящийся за рамками аргументационной системы механизм порождения, распространения и упорядочивания позиций агентов спора, представленный в самой системе посредством этой агентной позиции;

(3) формальные теории аргументации: минимальная, стандартная и относительная, предназначенные для того, чтобы моделировать обоснование, убеждение и практическую аргументацию соответственно.

<< | >>
Источник: Лисанюк Елена Николаевна. Логико-когнитивная теория аргументации. Диссертация, СПбГУ.. 2015

Еще по теме 4.1.Определение понятия аргументативного спора.:

  1. Батурина Юлия Всеволодовна. ФОРМИРОВАНИЕ АРГУМЕНТАТИВНЫХ СТРАТЕГИИ У МАГИСТРАНТОВ- ПСИХОЛОГОВ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ СЕТЕВЫХ КОМПЬЮТЕРНЫХ ТЕХНОЛОГИИ (НА МАТЕРИАЛЕ АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА), 2015
  2. Протопопов Иван Алексеевич. ПОНЯТИЕ НИЧТО И ПРИНЦИП НЕГАТИВНОСТИ В ГЕГЕЛЕВСКОМ АБСОЛЮТНОМ ИДЕАЛИЗМЕ. (Диссертация, Санкт-Петербургский государственный университет аэрокосмического приборостроения.), 2014
  3. Определение исходного множества детекторов и стратегии отбора
  4. Статья 60. Каждому гарантируется защита его прав и свобод компетентным, независимым и беспристрастным судом в определенные законом сроки.
  5. 4.3.3 Определение спектральной чувствительности нейтронных детекторов с низкой чувствительностью к тепловым нейтронам
  6. Статья 63. Осуществление предусмотренных настоящей Конституцией прав и свобод личности может быть приостановлено только в условиях чрезвычайного или военного положения в порядке и пределах, определенных Конституцией и законом.
  7. Статья 50. Каждый имеет право сохранять свою национальную принадлежность, равно как никто не может быть принужден к определению и указанию национальной принадлежности.
  8. Малов Егор Андреевич. ФЕНОМЕН СОЦИАЛЬНЫХ СЕТЕЙ: АКТОРНО-СЕТЕВОЙ КОНТЕКСТ, ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ. Диссертация, СПбГУ., 2014
  9. Наймушина Анна Николаевна. Диффузия культуры как предмет социально-философского исследования (на примере диффузии Анимэ в России). Диссертация. ИГТУ им. М.Т. Калашникова, 2015
  10. Статья 114. Разбирательство дел во всех судах открытое.
  11. Статья 40. Каждый имеет право направлять личные или коллективные обращения в государственные органы.
  12. ЧЕЛЕНКОВА ИНЕССА ЮРЬЕВНА. КОРПОРАТИВНОЕ УПРАВЛЕНИЕ КАК СИСТЕМА СОЦИАЛЬНЫХ ВЗАИМОДЕЙСТВИЙ. Диссертация, СПбГУ., 2014
  13. Кун Цяоюй. БОРЬБА С МЕЖДУНАРОДНЫМ ТЕРРОРИЗМОМ В СОВРЕМЕННОМ ПОЛИТИЧЕСКОМ И ПОЛИТОЛОГИЧЕСКОМ ДИСКУРСЕ РОССИИ, КНР И США. Диссертация, СПбГУ., 2014
  14. Жувакин Дмитрий Юрьевич. Роль и перспективы Российской Федерации на мировом рынке сжиженного природного газа. (Диссертация, МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ), 2014
  15. Бакулева Карина Камелевна. КОГНИТИВНЫЕ АСПЕКТЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО ПОВЕДЕНИЯ ИЗБИРАТЕЛЕЙ. Диссертация., 2015
  16. Статья 3. Единственным источником государственной власти и носителем суверенитета в Республике Беларусь является народ.
  17. Статья 121. К исключительной компетенции местных Советов депутатов относятся:
  18. Статья 135. Отчет об исполнении республиканского бюджета представляется на рассмотрение Парламента не позднее пяти месяцев со дня окончания отчетного финансового года.
  19. БУРЯК Мария Анатольевна. Сегмент коммуникационных агентств в медиасфере современной России . ДИССЕРТАЦИЯ., 2014