<<
>>

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Со времён политики «нового мышления» российское общество стало дина­мично изменяться. Одни исследователи утверждают о переходе от простого об­щества к сложному, другие от закрытого к открытому. Итог один: с появлением в нашей жизни неограниченной свободы выбора, мобильности, коммуникации как атрибутов привлекательной социальной действительности, общество XXI века приобрело черты увеличивающейся открытости. Отчасти в силу скоростей раз­вития информационных технологий и незаметного внедрения интернета в повсе­дневную жизнь индивидов.

Прочно закрепившаяся за россиянами практика постоянного использования смартфонов с функцией мобильного интернета даёт нам основания утверждать о появлении новой формы межличностного взаимо­действия - непрерывной онлайн-коммуникации, под которой подразумевается осо­бая форма массовой самокоммуникации, включённая практически во все сферы социально-поведенческих практик индивидов. Основными характеристиками не­прерывной онлайн-коммуникации являются: 1) одновременность совершения множества сетевых интеракций; 2) мгновенность взаимодействия (максимальное сокращения времени на коммуникативный контакт, обратную связь и т.д.); 3) от­крытость как доступность к личной информации и связям индивида или органи­зации; 4) возможность осуществления коммуникации от другого лица (скрытия/изменения себя/информации о себе);5) отсутствие нормативного регу­лирования - социального контроля, снятие социальных табу, запретов; 6) про­странство горизонтальных связей, уравнивание социальных статусов; 7) возможность вернуться к сохранённой истории диалога.

Однако исследователи с осторожностью и недоверием подходят к вопросам изучения технического прогресса, замечая, что природа увеличивающейся откры­тости, которая проявляется в описанных характеристиках непрерывной онлайн- коммуникации, имеет амбивалентные последствия неопределённости, структур­ной неупорядоченности и рискогенности.

Выполненная работа, с учётом проведённого социологического исследова­ния и анализа данных иных эмпирических исследований, позволяет сделать ряд обобщающих выводов о состоянии сложно управляемой рискогенности совре­менного социума в процессе непрерывной онлайн-коммуникации.

Во-первых, для непрерывной онлайн-коммуникации как продукта открыто­го общества характерна тенденциозность к уязвимости, проявляющейся в прояв­лениях двух типов рисков, явных и латентных. Выявленные виды явных рисков позволяют утверждать, что некоторые из них осознаны пользователями интерне­та. Так, например, киберриски как вероятность потери или манипулирования лич­ными данными, финансовыми средствами пользователей с целью нанесения экономического, политического, морального, идеологического, культурного и других видов ущерба. Контентные риски как вероятность столкнуться с нежела­тельной информацией в сети. Коммуникационные риски как риски, при возник­новении которых активный актор намеренно устанавливает доверительное поле интеракции с потенциальным объектом преступления целью нанесения психоло­гической или физической травмы. Однако акторы непрерывной онлайн- коммуникации не всегда информированы способами противодействия и защиты от подобных угроз.

Во-вторых, сложность в осознании проявлений латентных рисков приводит ко всё большей интенсификации рискогенных процессов открытого общества. Виртуальная сеть предлагает неограниченный выбор действий, способов комму­никации, а также социальных ролей, в ходе чего происходит перекодирование нашего сознания, а индивидуальность и интимность приобретают черты постоян­но изменяющихся материй.

В процессе непрерывной онлайн-коммуникации теря­ется ощущение ответственности за свои действия, высказывания, но приобретается технологическое бессознательное как ситуация, при которой люди все больше доверяют цифровым системам. Возникают проявления новых латент­ных рисков, обозначенных нами как психо-когнитивные риски, текучая индиви­дуальность, гибкая интимность, слепая доверительность и эфемерная дружба.

В-третьих, выделенные в ходе исследования три крупные социально­демографические категории: молодёжь, дети и люди зрелого возраста позволили утверждать их гомогенность по отношению к рискогенности рисков. По данным социологических обследований, а также в ходе исследования «Виртуальная сво­бода и безопасность студентов в Интернете», выявлено, что целевой аудиторией производителей риска непрерывной онлайн-коммуникации становятся все три выделенные в исследовании категории населения. Проблема состоит в том, что, в частности, дети осваивают мобильные приложения в разы быстрее, чем приобре­тают навыки безопасного использования интернета. Они не могут идентифициро­вать угрозу в получаемой информации. В этой связи диссертационное исследование направлено на выявление научно-практических оснований для со­кращения рискогенных ситуаций в виртуальной среде, либо демпфирование ситу­аций риска. В случае с несовершеннолетними детьми и подростками практические решения могут быть предложены на двух уровнях: во-первых, в кругу семьи. Родители должны объяснять своим детям о возможных нежелатель­ных контактах во время использования мобильных устройств, рисках возникно­вения зависимости от некоторых их функций. Во-вторых, на уровне школьного и внешкольного обучения рекомендациями для сокращения явных и латентных рисков могут стать специализированные образовательные программы по сетевому этикету (нетикету) и медиаграмотности детей. Что в дальнейшем, с переходом ре­бёнка в студенческую среду, не должно повлиять на его коммуникационное пове­дение. В ходе глубинных интервью со студентами было выявлено, что молодые люди, как активные акторы онлайн-коммуникации, быстро адаптируются ко всем трансформационным процессам в обществе. Анализ интервью показал, что вирту­альность является для них такой же неотъемлемой средой, как и реальность. В отличие, скажем, от более старшего поколения или детей, молодёжь безболезнен­но воспринимают социальную действительность, которая ускоренными темпами развивается в направлении образования сложного симбиоза реального и инфор­мационно-коммуникационного миров.

Несмотря на то, что изначально создание интернета предполагало наличие одной отличительной особенности: открытость с точки зрения технической архи-

227

тектуры, социальной и институциональной организации , то есть, полную сво­боду, отсутствие этических и нравственных границ, сегодня деятельность многих электронных компаний и сайтов жёстко регламентируется. В частности, создают­ся государственные программы по противодействию киберугрозам и мошенни­кам; образовательные программы по приобретению навыков безопасного использования интернета. Принимаются инициативы по предотвращению кибер­рисков, способных подорвать экономический, репутационный и политический капиталы целого государства. Так, крупномасштабные программы в области ки­берзащиты страны приняты в большинстве стран Европейского Союза и США. Например, система американской кибербезопасности основана на Акте о запрете интернет-пиратства (Stop Online Piracy Act) . Согласно ему, к уголовной ответ­ственности привлекаются те правонарушители, которые распространяли в сети запрещённый авторским правом контент.

Полномасштабная система кибербез­опасности в странах ЕС основана на проекте «Европа 2020», в основе которой ле­жит собственная «Цифровая повестка дня». К ней относятся и популяризация интернета как пространства безопасного взаимодействия, и обучение использова­ния электронного правительства, а также обязательства по обеспечению кибер­безопасности своих граждан[207] [208] [209].

Россия, наряду с зарубежными странами, включилась в международное со­трудничество по борьбе с киберпреступностью. В частности, в рамках сотрудни­чества в Совете Европы, с 2001 г. Россия участвовала в подписании Конвенции о

киберпреступности . Согласно документу, к киберпреступлениям относятся: действия против конфиденциальности, целостности и доступности компьютерных данных, правонарушения, связанные с детской порнографией и нарушением ав­торского права, мошенничество. В 2007 г. была открыта для подписания Конвен­ция СЕ о защите детей от эксплуатации и посягательств сексуального характера. К внутригосударственным российским механизмам борьбы с киберпреступлени­ями относится инициатива Совета Федерации Федерального Собрания Россий­ской Федерации о разработке Концепции стратегии кибербезопасности Российской Федерации . Документ ориентирован на обеспечение правового формата кибербезопасности страны. Целью Стратегии кибербезопасности являет­ся обеспечение виртуальной безопасности личности, организации и государства путем определения системы приоритетов, принципов и мер в области внутренней и внешней политики. Стратегия базируется на следующих основных принципах: гарантированность конституционных прав и свобод человека и гражданина в об­ласти получения информации; максимальная защищенность личности, организа­ций, в том числе обеспечивающих функционирование государственных органов в киберпространстве; сотрудничество всех субъектов информационного общества - личности, организаций и государства - в области обеспечения кибербезопасности; соблюдение баланса между установлением ответственности за несоблюдение тре­бований кибербезопасности с одной стороны и введением избыточных ограниче­ний - с другой; приоритезации рисков кибербезопасности в соответствии с вероятностями реализации киберугроз и размерами негативных последствий от инцидентов кибербезопасности; актуализация средств и методов обеспечения ки­бербезопасности в целях противостояния изменяющимся киберугрозам и другие. Иными словами, упорядочивая деятельность виртуальных ресурсов, государство [210] [211]

пытается контролировать свободу пользователей, придавая открытости формат управляемой.

Таким образом, предложенные в ходе исследования методологические ос­нования и результаты квалификационной работы в дальнейшем могут способ­ствовать изучению возможных рисков виртуального взаимодействия индивидов и предотвращению патологических проблем от чрезмерного и небезопасного ис­пользования мобильных средств связи. Выводы диссертационного исследования могут быть использованы в качестве базы для проведения эмпирических исследо­ваний непрерывной онлайн-коммуникации, типологизации социальных групп риска, а также при разработке практических рекомендаций для проведения моло­дёжной политики Российской Федерации и принятия проекта Концепции страте­гии кибербезопасности Российской Федерации. Основные результаты и предложенные научные категории могут быть использованы в процессе препода­вания учебных курсов «Социология массовых коммуникаций», «Социология рис­ка», «Социология образования и воспитания», спецкурса «Социология информационных технологий» и проч.

<< | >>
Источник: КАРПОВА Дарья Николаевна. РИСКИ НЕПРЕРЫВНОЙ ОНЛАЙН-КОММУНИКАЦИИ: ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ПОДХОДЫ К ИЗУЧЕНИЮ. Диссертация на соискание степени кандидата социологических наук.. 2016

Еще по теме ЗАКЛЮЧЕНИЕ:

  1. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  2. Статья 8. Республика Беларусь признает приоритет общепризнанных принципов международного права и обеспечивает соответствие им законодательства.
  3. Статья 25. Государство обеспечивает свободу, неприкосновенность и достоинство личности. Ограничение или лишение личной свободы возможно в случаях и порядке, установленных законом.
  4. Статья 94. Полномочия Палаты представителей могут быть досрочно прекращены при отказе в доверии Правительству, выражении вотума недоверия Правительству либо двукратном отказе в даче согласия на назначение Премьер-министра.
  5. Статья 41. Гражданам Республики Беларусь гарантируется право на труд как наиболее достойный способ самоутверждения человека,
  6. Статья 88. Президент Республики Беларусь может быть досрочно освобожден от должности при стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять обязанности Президента.
  7. Статья 116. Контроль за конституционностью нормативных актов в государстве осуществляется Конституционным Судом Республики Беларусь.
  8. Статья 97. Палата представителей:
  9. КОНСТИТУЦИЯ РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 1994 ГОДА,
  10. *В соответствии со статьей 1 Закона Республики Беларусь «О порядке вступления в силу Конституции Республики Беларусь» вступила в силу со дня ее опубликования.
  11. РАЗДЕЛ І ОСНОВЫ КОНСТИТУЦИОННОГО СТРОЯ
  12. Статья 1. Республика Беларусь - унитарное демократическое социальное правовое государство.
  13. Статья 2. Человек, его права, свободы и гарантии их реализации являются высшей ценностью и целью общества и государства.
  14. Статья 3. Единственным источником государственной власти и носителем суверенитета в Республике Беларусь является народ.