>>

ПРЕДИСЛОВИЕ

Язык традиционного иконописания принципиально условен. Однако этот принцип нисколько не отменяет принципа сходства, или подобия иконного изображения изображенному лицу. Во всяком случае, прямое сходство, пусть и схематично выраженное, подразумевается.

Немало житий содержат рассказы о явлении во сне святых, которые потом были узнаны при взгляде на их иконы. Современный глаз перестал видеть различия в канонически написанных ликах, однако это вовсе не означает их действительного отсутствия. Каждый святой, как и всякий человек, был наделен особыми, неповторимыми в своей совокупности чертами. Отдельные из них икона нивелирует в соответствии с высшей идеей. Никто из святых, к примеру, не пишется дородным; телесное в иконе всегда тяготеет к аскетической худобе. Но другие черты удерживаются, хотя вместе с тем и преображаются, однако не теряя при этом личностного своеобразия. Речь в данном случае не идет о портретности. Подразумевается некий идеальный образ человека, его вечностный лик.

Черты этого вечностного лика приходят в иконопись разными путями, но всегда своим источником имеют первообраз, то есть конкретное историческое лицо. То ли предания, то ли непосредственные встречи или рассказы очевидцев, а иногда и прямые вмешательства свыше, доносят их до иконописца. При этом всегда возможны исправления неточностей, умаляющих сходство с подлинным обликом.

В отношении образа Господа Иисуса Христа можно сказать, что он слагался и по преданиям, и по непосредственным откровениям, и чудесным образом.

Предания об облике Христа появились в древнейшие времена и, несомненно, восходят к рассказам «самовидцев». Некоторые из них нашли свое отражение в письменности. Известно, например, так называемое «Письмо» иудейского проконсула Публия Лентула к Тиверию или римскому сенату (первая треть I века), в котором содержится описание внешнего вида Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа.

Впрочем, письмо это впервые обнаружилось в XIV веке, на Западе, и можно думать, представляет собой подложный документ. Более авторитетным западным свидетельством является описание Антонина из Пьяченцы, посетившего Святую Землю около 570 года.

Из свидетельств Православной Церкви следует упомянуть сказания Феодора летописца (VI в.), Андрея Критского (VIII в.), Константинопольского Патриарха Германа (VIII в.), монаха Епифания (начало IX в.) и послание Церкви к императору- иконоборцу Феофилу (836 г.).

Все они вполне одинаково изображают облик Спасителя, хотя и с разной полнотой описания. Ранние из них делают это довольно лаконично, но со временем рассказы становятся более подробными.

Образцовым можно считать «Сказание» монаха Епифания, согласно которому Спаситель «был весьма прекрасен видом (как глаголе пророк (Пс. 44, 3), «красен добротою паче сынов человеческих»), ростом же... шести полных фут, русые имея волосы и не особенно густые, скорее напоминавшие колосья, брови же черные и не особенно согнутые, очи светлые и блестящие... красноокий, с долгим носом, с русою бородою, имея длинные волосы, ибо никогда бритва не коснулась главы Его, ни рука человечья, кроме Матери Его в детском Его возрасте, с легким склонением выи

настолько, чтобы не вполне прямо держаться Ему во весь рост, пшеничного цвета тело, лицо не круглое, но как у Матери Его, слегка суживающееся книзу, слегка покрывающееся румянцем настолько, чтобы выказать благочестивый и разумный нрав и кроткий обычай и во всем безгневную благость, какую описало Слово незадолго в Его Матери, ибо во всем Он Ей уподоблялся и приравнивался» [Цит. по: 2, с. 2].

Подобные описания могут рассматриваться как своеобразные толковые подлинники, руководство которых способствовало сложению канонического образа Спасителя. Во всяком случае, уже древние, до IX века, изображения Христа обнаруживают с ними большое сходство, при этом, правда, представляя все еще обобщенный тип, приближенный к идеальному.

Думать, однако, что все иконы создавались на основе литературных портретов, было бы маловероятным. Единое представление о внешнем облике Спасителя сохранялось прежде всего соборным сознанием Церкви и становилось достоянием иконописца в меру его личного приобщения ко Христу через Церковь, являющуюся Его мистическим телом. Именно поэтому стало возможным появление канонического образа Спасителя, поиск которого всегда оставался высшей целью для искусства Церкви. История иконописных изображений Иисуса Христа, с ее явно уловимой тенденцией к совершенству, подтверждает это.

Говоря о сложении идеальной иконы Христа, помимо церковного предания следует также иметь в виду существование в древности Его нерукотворного образа. Это было собственноручное свидетельство Христа о Своем облике. С его переносом из Эдессы в Константинополь в середине X столетия церковное искусство получило совершенный иконографический образец, на основе которого уже в XI веке был выработан строгий канон изображения Спасителя, которому традиционное иконописание следует до сих пор.

Таким образом, черты Спасителя, принятые традиционным иконописанием в качестве незыблемого канона, имеют конкретный исторический характер, другими словами — типическое сходство с подлинным обликом Христа. Они сложились на документальной основе и выражают соборное представление Церкви о Его внешнем образе.

Согласно православному иконографическому канону, Иисус Христос пишется в виде человека средних лет, словами иконописного подлинника: «в образе мужа совершенна», что соответствует пятой седмице (от 28 до 35 лет) древнерусского исчисления человеческой жизни.

| >>
Источник: Игорь Александрович Припачкин. ИКОНОГРАФИЯ ГОСПОДА ИИСУСА ХРИСТА. 2001

Еще по теме ПРЕДИСЛОВИЕ:

  1. Предисловие к первому изданию
  2. Предисловие
  3. ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ СОБРАНИЯ СОЧИНЕНИЙ.
  4. ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА К РУССКОМУ ИЗДАНИЮ
  5. ПРЕДИСЛОВИЕ
  6. ПРЕДИСЛОВИ
  7. ПРЕДИСЛОВИЕ
  8. Предисловие
  9. ПОЧЕМУ Я ПЕРЕСТАЛ БЫТЬ РЕВОЛЮЦИОНЕРОМ ПРЕДИСЛОВИЕ
  10. Предисловие переводчика