<<
>>

ВОЗДЕЙСТВИЕ НА ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ США

Правящие круги Соединенных Штатов в последние годы уделяют особенно много внимания проблеме формирования американского общественного мнения в области внешней политики. Для этого были веские причины.

Даже не искушенным в политике американцам очевидным становился империалистический характер внешней политики США. Опубликование секретных документов из вьетнамского досье Пентагона летом 1971 г., политический скандал в Вашингтоне в связи с разоблачением «совершенно секретных» документов с планами разжигания военного конфликта на полуострове Индостан показали всему миру, что ложь и обман являются одним из основных инструментов американской империалистической политики. Двуличие и обман пронизывают весь внешнеполитический курс США последних десятилетий.

Администрация Джонсона и пришедшая ей на смену республиканская администрация столкнулись с широкой критикой своей внешней политики со стороны самых различных слоев населения страны. Эту критику характеризуют как «кризис доверия» правительственному руководству.

В этих условиях лица, стоящие у руля американского государственного корабля, стараются использовать все возможные рычаги для организованного воздействия на умы и чувства американцев, чтобы заручиться их поддержкой в проведении внешнеполитического кур- са США. Мощные средства массовых коммуникаций еще позволяют правящим кругам США, в чьих руках они находятся, постоянно и активно воздействовать как на отдельных американцев, так и на социальные группы населения и тем самым в известной мере искусствен* но насаждать нужные этим кругам настроения. К тому же на службу владельцам печати, телевидения и радио поставлены достижения современной социологии, психологии и других областей науки.

На 30 сентября 1969 г. в США насчитывалось: 4281 радиостанция и 225 млн. радиоприемников; 832 телевизионных станции и около 100 млн. телевизоров. В 1971 г.

в США издавалось 1849 ежедневных газет тиражом 61,8

млн. экземпляров и 583 воскресные газеты тиражом более 49,6 млн. экземпляров; 100 массовых журналов тиражом более 430 тыс. каждый, а их общий разовый тираж — около 210 млн. экземпляров229. Таким образом, по количеству средств массовой информации и по объему самой информации Соединенные Штаты стоят на первом месте в капиталистическом мире. Они главенствуют и в области технической оснащенности каналов массовой информации.

К этому следует добавить, что американская информация завоевала важные позиции на мировом капиталистическом рынке информации и оказывает влияние на формирование общественного мнения в различных странах капитала. Это также побуждает руководителей американской внешней политики самым тщательным образом отрабатывать и развивать скрытую от посторонних взглядов систему управления общественной информацией и пропагандой.

Руководители американского правительства, конечно, и раньше уделяли внимание вопросам воздействия правительства на общественное мнение. Тем не менее когда-то правительственный механизм информации играл вспомогательную роль. Он был своего рода промежуточной инстанцией между Белым домом и печатью. Однако постепенно из вспомогательного подразделения пропагандистский информационный аппарат стал превращаться в одно из звеньев, участвующих в формиро вании политики, в том числе и внешней, а борьба за управление общественным мнением стала важным фронтом правительственной деятельности.

В Соединенных Штатах много говорится об «объективности» буржуазной информации и делаются попытки закамуфлировать каналы использования органов информации правящими кругами в своих интересах. Однако более детальное знакомство с деятельностью американской пропагандистской машины дает все основания сделать вывод о том, что официальный Вашингтон держит в своих руках важные рычаги, с помощью которых он может специально препарировать, извращать, а иногда и фальсифицировать информацию, предназначенную для внутреннего потребления.

Как признавал один из лучших знатоков правительственного механизма пропаганды в Вашингтоне, бывший редактор журнала «Рипортер» и советник президента Джонсона Дуглас Кэйтер, «информация, конечно же, рассматривается государственными деятелями как оружие. Но было бы глупо ожидать, чтобы они говорили об этом во всеуслышание» 230.

Рычаги внутренней пропаганды

В настоящее время аппарат внутренней пропаганды правительства США стал крупным и разветвленным механизмом. О его величине и размахе работы дает представление обследование, которое провело агентство Ассошиэйтед Пресс в 1967 г. Тогда во всех звеньях этого аппарата было занято 6858 федеральных служащих. Только военные ведомства использовали в пропагандистской деятельности около 3 тыс. человек и расходовали только внутри страны по меньшей мере 32 млн. долл. на нужды пропаганды. Всего же, по данным агентства Ассошиэйтед Пресс, правительство Вашингтона тратит на эти цели 425 млн. долл. в год231.

Руководство этой огромной правительственной машиной пропаганды все более сосредоточивается непосредственно в руках президента США. Одновременно с разработкой основных направлений внешней и внутренней политики Белый дом постоянно заботится и о воздействии на общественное мнение страны в нужном правящим кругам направлении.

Особенно большое внимание методам и средствам внутренней пропаганды в Вашингтоне стало уделяться со времени президента Кеннеди. После своего прихода в Белый дом он взял курс на централизацию в руках президента основных линий пропагандистской деятельности. Он установил самую тесную связь между Белым домом* и огромной армией работников правительственных и частных органов пропаганды. При нем стало правилом, что при принятии важных внешнеполитических решений одновременно решался и вопрос о том, как преподнести их американской и мировой общественности. Почти всегда на совещаниях, где принимались такие решения, присутствовали руководители пропагандистских ведомств США — секретарь Белого дома по вопросам печати, помощник государственного секретаря по информации, помощник министра обороны по связи с органами информации, директор ЮСИА232.

Немалое значение координации работы всего пропагандистского аппарата придавал и президент Джонсон. Время от времени он устраивал инструктажи и встречи с руководителями информационных служб Белого дома, государственного департамента, Пентагона. Например, 27 августа 1965 г. на такой встрече он обвинил этих руководителей в том, что они недостаточно рьяно заботятся о «распространении благожелательной информации о его администрации»233.

При администрации Никсона сделан еще один шаг в сторону централизации управления правительственной пропагандой. В Исполнительном управлении президента создана новая должность директора информации, на нее назначили Герберта Клейна. Ему поручено координировать всю информацию, исходящую из государственного аппарата США. У Клейна — четыре помощника, почти все они — бывшие журналисты, хорошо знакомые с «кухней» общественного мнения. На ключевые посты в отделы по связи с общественностью в различных го сударственных учреждениях Клейн назначил своих доверенных людей. О повышенном значении, которое придается нынешним официальным Вашингтоном толкованию важнейших внешнеполитических акций США, свидетельствуют регулярные «брифинги» аккредитованных при Белом доме корреспондентов, которые даются от имени высокопоставленного «должностного лица».

Важнейшим звеном во всей вашингтонской машине пропаганды безусловно является пресс-секретарь Белого дома. Дважды в день он проводит встречи с корреспондентами, аккредитованными при резиденции главы государства, отвечает на их вопросы и служит своего рода рупором Белого дома.

Должность секретаря президента по печати появилась в Вашингтоне не сразу. Теодор Рузвельт в 1901 г. поручил одному из своих трех помощников взять на себя дополнительную обязанность быть секретарем по печати. В его задачу входило отвечать на запросы газетчиков. Только в 1929 г. президент Герберт Гувер официально назначил Джорджа Анерсона своим пресс-секретарем234. Анерсон ввел в обиход практику ежедневных встреч пресс-секретаря с репортерами, прикрепленными к Белому дому235.

Тем не менее роль, отводившаяся пресс-секретарям при президентах Гувере, Рузвельте и Трумэне, была довольно скромной. Несмотря на то что Стив Эрли входил в узкий круг приближенных Рузвельта, а Чарлз Росс был другом детства Трумэна, ни тот ни другой не играли сколько-нибудь значительной роли в разработке внешней политики США.

Значительно большую роль начал играть Джеймс Хэгерти, пресс-секретарь при Эйзенхауэре. Это он убедил президента ввести регулярный показ по телевидению заснятых на кинопленку пресс-конференций президента. Во время поездок президента Эйзенхауэра по стране и за рубеж Хэгерти постоянно работал с сопровождавшими президента журналистами, пытаясь добиться выгодного для Белого дома освещений этих вояжей в прессе.

Хэгерти пользовался полным доверием президента и часто присутствовал на заседаниях Совета национальной безопасности. Он умело использовал свое положение, направляя информацию в нужное Белому дому русло. При нем было введено правило, согласно которому репортеры должны были получать от него разрешение на встречу с тем или иным правительственным чиновником. Он сам подбирал людей на посты помощников по связи с печатью в государственном департаменте и министерстве обороны. В отношениях с прессой Хэгерти отнюдь не отличался принципиальностью. Однажды он заявил репортеру, что, если какая-либо информация будет противоречить интересам правительства, «мы будем отрицать содержащиеся в ней факты, а если потребуется, то будем отрицать наше отрицание»236.

При президенте Кеннеди управление правительственной пропагандой осуществлял пресс-секретарь Белого дома Пьер Сэлинджер. По степени влияния на президента и по своей значимости в правительственном аппарате Сэлинджер, как считают все биографы президента Кеннеди, несколько уступал своему предшественнику Хэгерти. Однако признается, что Сэлинджер «принимал активное участие в разработке внешней и внутренней политики» и «оказывал большое влияние на формулирование политики в области информации и ее координации» 237.

Конечно, Сэлинджер, как и Хэгерти, понимал значение хорошо отлаженного пропагандистского аппарата и делал все, чтобы тот работал бесперебойно. Сэлинджеру принадлежит идея открыть президентские пресс- конференции для прямого транслирования по телевидению. Стараясь поднять престиж президента США за рубежом, он взял себе специального помощника, который занимался исключительно проведением соответствующей работы с иностранными корреспондентами. Сэлинджер усилил координацию деятельности представителей по связи с печатью основных правительственных учреж дений. Он визировал заявления этих учреждений, подготовленные для публикации в печати. Одновременно он выполнял и ряд заданий президента, связанных с осуществлением внешней политики. По поручению Белого дома Сэлинджер, в частности, предпринял поездку в Советский Союз. Вместе с тем Сэлинджер признавал, что «Кеннеди сам свой лучший пресс-секретарь» 238.

Одним из наиболее влиятельных пресс-секретарей в американской истории, по единодушному мнению всех наблюдателей, стал Билл Мойере при Линдоне Джонсоне. Он был близким другом президента и составителем многих его внешнеполитических выступлений.

После того как Мойере покинул Белый дом из-за разногласий с президентом по вьетнамскому вопросу и стал издателем газеты «Ныосдей», его место занял Джордж Кристиан. По свидетельству журнала «Тайм», он наравне с государственным секретарем Раском, министром обороны Макнамарой и специальным помощником президента Ростоу принимал участие в разработке внешнеполитических решений п.

На следующей за Белым домом ступени пропагандистской работы находятся отделы по связи с общественностью, которые существуют практически во всех министерствах и агентствах правительства США. Особенно крупные отделы такого рода действуют в государственном департаменте и в министерстве обороны.

Государственный секретарь США сам более или менее регулярно дает пресс-конференции, на которых защищает основные направления внешнеполитической деятельности правительства. Джон Фостер Даллес, например, рассматривал свои пресс-конференции как один из инструментов проведения внешней политики. «Имеются некоторые моменты,— говорил Даллес,— о которых я могу сказать в ответах на вопросы на пресс-конференциях и о которых было бы трудно или невозможно сказать в официальных заявлениях или нотах... Очень полезно иметь систему, при которой я могу высказаться по некоторым проблемам, в то время как обычный дипломатический этикет требует, чтобы я хранил молчание» 239.

Но основной фигурой, занимающейся вопросами пропаганды в государственном департаменте, является помощник государственного секретаря по информации. Обычно он проводит регулярные, не менее раза в день, инструктажи для аккредитованных в Вашингтоне журналистов, сообщает корреспондентам, как тот или иной вопрос в данный момент, по мнению его ведомства, следует освещать в печати. Широкую пропагандистскую работу проводит, как уже отмечалось в главе о государственном департаменте, его Управление по связи с общественностью. При нынешней администрации должность руководителя пропаганды в государственном департаменте стала еще более значимой и он получил пост заместителя государственного секретаря.

Аналогичные функции осуществляет и Отдел печати министерства обороны США. Точку зрения на характер своей деятельности достаточно ясно высказал Артур Сильвестер, помощник министра обороны по связи с печатью в годы президентства Кеннеди. В беседе с журналистами 30 октября 1962 г. он заявил: «Информация, порождаемая правительством, по своему содержанию и времени опубликования является частью арсенала вооружений, которым располагает президент. Он может использовать это оружие наряду с военными и другими средствами для решения политических проблем»240.

Под эгидой Пентагона создается множество пропагандистских книг, кинофильмов, телевизионных передач и т. д., которые идут на внутренний рынок. Например, в конце 1965 г. на американские экраны вышел фильм «Почему Вьетнам?» По словам сенатора Фулбрайта, это — «пропагандистский фильм», в котором факты поставлены с ног на голову; он предназначен для того, чтобы «подогреть военную лихорадку» в стране241.

Обработкой общественного мнения внутри страны по вопросам внешней политики в завуалированной или тайной форме занимаются и такие правительственные учреждения, как Информационное агентство США (ЮСИА) и Центральное разведывательное управление, которые не наделены соответствующими функциями и даже должны с официальной точки зрения воздерживаться от подобного рода деятельности.

В начале 1967 г. стало известно, что в течение целого десятилетия ЮСИА скрыто субсидировало издание книг по важнейшим международным вопросам не только для распространения за рубежом, но и внутри страны. В осуществление этой программы с 1956 по 1966 г. было вложено 570 850 долл., которые пошли в карман американским издателям. Известно, что таким путем было субсидировано издание 104 различных рукописей. Кроме того, 184 тыс. долл. были выплачены авторам в качестве гонорара за подготовку еще 46 рукописей 242. Американцы, которые приобрели книгу Джей Маллина «Правда о Доминиканской Республике», понятия не имели, что эта «правда» написана по заказу ЮСИА и призвана обелить американскую интервенцию в этой стране. Это же Агентство субсидирует и публикации зарубежных авторов, хвалебные в отношении внешней политики США. Типичный пример — поездка израильского генерала Моше Даяна в Южный Вьетнам, которая полностью финансировалась ЮСИА. Подготовленные Даяном статьи в защиту американской политики во Вьетнаме были опубликованы не только в израильской печати, но и в газете «Вашингтон пост».

Скрытое финансирование Информационным агентством заведомо тенденциозной или просто клеветнической пропагандистской литературы для внутреннего рынка называется «программой расширенного издательства». Так ее определил руководитель этой программы Рид Харрис. Давая показания в одной из подкомиссий палаты представителей в марте 1964 г., Харрис сказал: «С помощью программы мы можем издавать книги, написанные по нашему заданию, которые в противном случае не были бы опубликованы, в особенности книги с резко антикоммунистическим содержанием, а также освещать в выгодном для нас свете многие другие темы. С помощью программы издания книг мы держим под контролем все, начиная с идеи произведения и кончая его редакцией»243. При заключении договора между ЮСИА и издателями специально оговаривается сохра нение в тайне роли Агентства. В сентябре 1966 г. директору ЮСИА Леонарду Марксу задали вопрос, почему это ведомство не хочет, чтобы «американский народ, покупая и читая книгу, знал, что она подготовлена по заказу правительства?» «Это свело бы к минимуму ценность этой книги»,— ответил Маркс17.

Центральное разведывательное управление также проводит внутри страны большую пропагандистскую работу, хотя, естественно, она держится в еще большем секрете, чем аналогичная деятельность ЮСИА. Через подставных лиц ЦРУ издает специально написанные книги с клеветой на социалистические страны. Так, даже известное американское издательство «Прагер» публично признало, что оно опубликовало 15 или 16 книг, подготовленных в ЦРУ или по его заказу.

Разумеется, правительственный пропагандистский механизм при всех своих довольно внушительных размерах составляет лишь небольшую часть той машины обработки умов американцев, которая находится в частных руках и высокомонополизирована. Вашингтонские творцы пропаганды чутко прислушиваются к сигналам, исходящим из этих монополизированных центров, и соразмеряют с ними свою деятельность, с тем чтобы она отвечала интересам правящего класса США. Однако именно в области внешней политики, повседневное руководство которой находится в руках Вашингтона, правительственный аппарат в свою очередь разными и отнюдь не всегда «чистыми» путями посылает импульсы в американскую пропагандистскую машину, которые подхватываются работниками прессы, радио, кино и телевидения, сотрудниками различных реакционных организаций и т. д. и т. п.

Управляемая информация

Характерной чертой деятельности руководителей американской внешней политики является систематическая, политически целенаправленная инспирация нужных им сообщений, распространение тщательно отфильтрованной информации. В последние годы усилия правительст ва в этом направлении стали столь бесцеремонными, что даже в буржуазных кругах США все чаще раздавались протесты против сознательного искажения и подтасовки сообщаемых правительством данных. При этом, разумеется, протесты вызывает прежде всего не сам факт искажения информации, а то, что ход событий на мировой арене слишком уж часто разрушает и опрокидывает ее, выставляя в неприглядном свете как внешнюю политику США, так и позиции ее отдельных руководителей.

В распоряжении руководителей пропаганды в Вашингтоне для продвижения специально отработанной информации имеется целый арсенал средств, приемов и методов. В зависимости от обстоятельств президент и его помощники могут вводить в действие тот или иной канал. Пожалуй, основными и главными из них являются пресс- конференции в Белом доме. На пресс-конференциях дается не только заранее подобранный материал, но и определяются основные направления для освещения внешнеполитических проблем. Говоря о значении президентских пресс-конференций, профессор Джеймс Поллард из университета штата Огайо пишет, что «вскользь сделанное замечание на президентской пресс-конференции может повлечь за собой большие последствия, чем официальный правительственный документ» 244.

Практика президентских пресс-конференций была введена при президенте Теодоре Рузвельте в 1901 г. Но проводились они тогда от случая к случаю. Лишь президент Вудро Вильсон стал регулярно созывать такие встречи с журналистами, открытые для всех аккредитованных при Белом доме корреспондентов.

Особенно важную роль пресс-конференции стали играть со времени вступления на президентский пост Джона Кеннеди. Он разрешил транслировать пресс-конфе- ренции по телевидению на всю страну, а в отдельных случаях и за пределы Американского континента. Вашингтонский корреспондент газеты «Нью-Йорк тайме» Том Уикер писал, что при президенте Кеннеди пресс-кон- ференции стали «скорее инструментом президентской пласти, чем полезным оружием прессы»245.

Понятно, что пресс-конференции проводятся таким образом, чтобы дать возможность президенту сделать акцент именно на тех вопросах, которые он считает наиболее выигрышными. С этой целью перед встречей президента с корреспондентами наиболее доверенным из них раздаются заранее подготовленные вопросы. Такой практики придерживался Сэлинджер, что он и признал в одном из интервью. При президенте Джонсоне практика раздачи вопросов перед пресс-конференциями стала обычным явлением. Билл Моейрс открыто признавал это и даже защищал такую практику246.

Каждое выступление президента на пресс-конферен- ции дает толчок всей американской пропагандистской машине, оказывает желательное для правящих кругов влияние на умы читателя и слушателя. Но пресс-конфе- ренции президента и других членов кабинета — это лишь видимая часть айсберга пропагандистской деятельности правительства.

В целях более активного использования прессы, радио, телевидения президенты лично поддерживают связи с остальными ведущими журналистами. Те, кто работал с президентом Кеннеди и кто пишет о днях пребывания его у власти, вспоминают, что не проходило дня, чтобы он не звонил в ту или иную редакцию, не хвалил или не предупреждал, не подбрасывал те или иные идеи, которые, по его мнению, заслуживали широкого распространения. Когда же президент был недоволен характером публикации, он оказывал давление на соответствующую газету. Так, в свое время он потребовал от издателя «Нью-Йорк тайме» убрать корреспондента этой газеты Дэвида Халберстама из Вьетнама.

Тщательно разработана в Вашингтоне и система скрытой инспирации нужных для правительства сообщений в печати. В недавно опубликованных дневниках корреспондент газеты «Нью-Йорк тайме» Сэйрус Сульцбер- гер рассказывает о том, как 22 января 1950 г. американский посол в Париже Дэвид Брюс вызвал его к себе и показал телеграмму с грифом «совершенно секретно» от государственного секретаря Ачесона. Тот просил опубликовать информацию, которая была нацелена на то, чтобы осложнить проходившие тогда советско-китайские пе реговоры. Но государственный секретарь, естественно, хотел скрыть, что источник этой информации — Вашингтон. Поэтому и прибегли к помощи корреспондента, находившегося в Париже. Сульцбергер выполнил это поручение Ачесона247.

Другим важным средством инспирации необходимых правительству внешнеполитических идей являются так называемые «бэкграундерс» — инструктивные совещания, которые проводят те или иные правительственные деятели с работниками пропагандистских организаций.

Если при президенте Эйзенхауэре к помощи «бэкграундерс» широко прибегали Даллес и Хэгерти, то президент Кеннеди чаще сам проводил такие встречи. Министр обороны Макнамара также нередко пользовался этим рычагом воздействия на общественное мнение. Помощник министра по связи с печатью Артур Сильвестер, а затем его преемник Фил Голдинг постоянно напоминали, что информация, получаемая на этих совещаниях, не должна приписываться министру обороны.

Во времена президентства Кеннеди «бэкграундерс» проводились и в государственном департаменте, обычно по пятницам. Иногда Раск проводил совершенно закрытый инструктаж, после которого репортер вообще не имел права делать ссылки на кого-либо. В Вашингтоне эту практику называют «принудительным плагиатом» — журналисты вынуждены публиковать ту или иную информацию со слов лица, проводившего инструктаж, без ссылки на источник.

С «бэкграундерс» тесно переплетается другой характерный для пропагандистского аппарата Вашингтона метод, который называют «лик», т. е. просачивание в печать тех или иных фактов и сведений, в публикации которых заинтересовано правительство. Особенно активно официальный Вашингтон использует этот метод в периоды внешнеполитических кризисов. «По мере возрастания внутренних или внешнеполитических трудностей правительства,— пишет журналист Дуглас Кэйтер,— читатель замечает странное изменение в информации, которую он получает. Его продолжают информировать о том, что предполагают сделать вершители по литики, но при этом нет никаких указаний на источники этой информации... Право официального лица выдавать информацию, которую он не обязан подтвердить публично, выгодно для тех, кто стремился использовать новости как пропагандистское оружие»248.

Официальный Вашингтон использует инспирацию новостей не только для формирования общественного мнения в нужном направлении внутри страны, но и для давления на иностранные правительства и общественное мнение за рубежом. «Хотя официальные деятели редко любят говорить об этом,— пишет известный обозреватель газеты «Нью-Йорк тайме» Джеймс Рестон,— журналисты постоянно используются для передачи с помощью прессы, радио и телевидения иностранным правительствам тех официальных взглядов, которые вашингтонская администрация не хочет излагать в дипломатических документах»249. В 1966 г. французское правительство заявило, что оно намерено вывести свои вооруженные силы из-под военного командования НАТО. Правительство США, свидетельствует Рестон, инспирировало в печати статьи о «неприятных последствиях», которые может повлечь такая акция для Франции. Правда, хотя угрожающий смысл статей был совершенно ясен, они не изменили решения французского правительства.

«Кухня» дезинформации

Наряду с целенаправленным препарированием информации и инспирацией нужных правительству США сообщений в практике работы пропагандистского аппарата Вашингтона широко распространена дезинформация, т. е. преднамеренная фальсификация фактов и распространение ложных сообщений. Официальные сообщения Вашингтона по поводу развития народного движения в Доминиканской Республике в апреле 1965 г. стали классическим образцом намеренной подтасовки фактов.

17 июня 1965 г. президент Джонсон выступал на пресс- конференции, пытаясь оправдать американскую военную интервенцию в Доминиканской Республике. Он заявил, что taM «okdJio 1500 невинных людей были умерщвлены и расстреляны, а их головы отрублены»250 участниками восстания. Вскоре, однако, выяснилось, что число жертв не достигало даже 15 человек, а об отрубленных головах вообще никто не слышал. Выяснилось также и то, что убийства были делом рук не восставших, а военной хунты, которую поддерживали Соединенные Штаты251. Президент США не постеснялся таким образом пойти на заведомую ложь в целях оправдания американского вторжения в Доминиканскую Республику. Следует, конечно, отметить, что ложь как средство воздействия на общественное мнение всегда была на вооружении американских политических деятелей. Советник президента Вильсона полковник Хауз писал: «Президент говорил, что он считает в некоторых случаях ложь оправданной... особенно в ответах на вопросы о внешней политике»252.

Однако за последнее десятилетие распространение заведомо ложных сообщений стало правилом. Журналисты Уильям Макгафин и Эрвин Нолл, хорошо знающие аппарат информации в Вашингтоне, пишут: «Странное и удручающее явление было характерно для американской внешней политики в 60-х годах: многократно правительство Соединенных Штатов было поймано с поличным в том, что оно говорило ложь своим гражданам и всему миру. Не эвфемизмы и преувеличения, из которых складывается тонкое искусство пропаганды, а преднамеренную и грубую ложь. Три сменявшие друг друга национальные администрации сделали орудие прямого обмана своим методом при выборе путей ведения международных отношений в условиях кризиса»253.

Известно, что большая часть грубой дезинформации связана с деятельностью разведывательного сообщества США. Именно в целях прикрытия тайных операций разведки заранее готовятся фальшивые версии событий, которые отравляюще сказываются на международных отношениях.

В мае 1960 г. многие не искушенные в политике американцы впервые для себя осознали, что их правительст во способно на умышленный обман. Когда самолет «У-2» был сбит во время выполнения шпионского задания над территорией СССР, 5 мая было официально заявлено, что один из американских самолетов пропал во время «метеорологического наблюдательного полета» в Турции. 6 мая официальный представитель государственного департамента Линкольн Уайт заявил, что не было «абсолютно никакой намеренной попытки нарушать советское воздушное пространство... и никогда такой попытки не предпринималось»28. Однако, когда стало известно, что пилот самолета «У-2» Пауэрс выбросился с парашютом и сознался в выполнении шпионского задания, государственный департамент нехотя через несколько часов был вынужден признать, что, «возможно, был предпринят полет над советской территорией невооруженного гражданского самолета «У-2»29. Преднамеренный обман со стороны правительства Эйзенхауэра был очевиден.

Правительство Кеннеди было не раз уличено во лжи, в частности в связи с вторжением на Кубу в апреле 1961 г. 15 апреля подготовленные ЦРУ пилоты на американских самолетах произвели бомбардировку кубинских аэродромов. Эдлай Стивенсон, выступая в ООН и не будучи информирован об истинном положении вещей, заявил: «Эти два самолета, насколько нам известно, принадлежали военно-воздушным силам Кастро и, по заявлению самих пилотов, они взлетели с военных аэродромов Кубы»30. Вся американская пропагандистская машина была брошена на распространение этой версии. Однако уже через несколько часов стало ясно, что это лживая версия, разработанная ЦРУ для прикрытия его операции.

В связи с речью Стивенсона в ООН многие биографы приводят слова, приписываемые президенту Кеннеди, который в тесном кругу назвал американского представителя в ООН «моим официальным лжецом»31.

Артур Сильвестер, бывший тогда руководителем всей пропагандистской машины Пентагона, открыто провозглашал теорию, согласно которой правительство в интересах национальной безопасности может и должно рас-

2* William М с G a f f I n and Erwin Knoll. Op. cit., p. 64. 29

Ibid., p. 67. 30

Ibid., p. 69.

81 Herbert J. Muller. Adlai Stivenson. A Study in Values. N. Y., 1967, p. 284.

пространять лживые сообщения. Его статья в журнале «Сатердей ивнинг пост» таки называлась «Правительство имеет право лгать»254.

История преступной войны Соединенных Штатов во Вьетнаме особенно насыщена примерами дезинформации и обмана американской общественности. В июне 1971 г. стали известны подробности развязывания американской агрессии в Индокитае. Опубликованные в прессе секретные документы из архива Пентагона продемонстрировали перед всем миром, как в глубокой тайне готовилась и как разворачивалась агрессия США против народов Индокитая. Документы Пентагона показали также, как тщательно разрабатывалось пропагандистское прикрытие эскалации военных действий.

Эта история — история лжи и обмана, к которым прибегали президенты США начиная с Трумэна. Из документов Пентагона явствует, что еще при президенте Эйзенхауэре готовились планы для нанесения атомных бомбовых ударов по территории Северного Вьетнама. Для этого требовалась соответствующая обработка общественного мнения. В одной из телеграмм Даллеса в апреле 1954 г. подчеркивалось, что Соединенные Штаты делают максимум возможного, «чтобы подготовить общественную, конгрессистскую и конституционную базу для совместных действий в Индокитае» 255.

В публикациях документов Пентагона приводится одна из телеграмм генерала Тэйлора президенту Кеннеди. Ее содержание может служить наглядным примером того, как настойчиво организаторы интервенции искали способ скрыть правду от американского народа и мировой общественности. В этой телеграмме, отправленной из Сайгона в ноябре 1961 г., речь шла о вводе американской специальной оперативной группы в Южный Вьетнам. Телеграмма гласила: «...Если связать отправку этих войск с нуждами помощи в ликвидации последствий наводнения, мне кажется, что это дало бы значительные преимущества во Вьетнаме и в других странах. Это значило бы, что главной причиной отправки наших войск было бы выполнение конкретных гуманных задач...» Так готовилось словесное прикрытие для действий, грубо попиравших Же невские соглашения и основные нормы международного права 256.

Еще в 1962 г. государственный департамент предписал командующему американскими войсками в Южном Вьетнаме не давать журналистам участвовать в военных операциях, ибо своими репортажами они могут представить США в нежелательном свете. Ведь в то время американские войска, по официальной версии, выполняли будто бы невинную роль «советников». Задача заключалась в том, чтобы не дать просочиться сведениям об участии войск США в военных операциях против патриотов.

В начале августа 1964 г. американская авиация начала варварские бомбардировки мирных городов и сел Демократической Республики Вьетнам. Официальные представители Вашингтона заявляли, что эта акция носит характер «самообороны» и что она предпринята «в ответ» на некое нападение неких катеров в Тонкинском заливе на американские военные корабли. Эту версию усиленно поддерживал и в последующие годы правительственный пропагандистский аппарат Вашингтона. Однако события и свидетельства очевидцев показали, что эта версия явилась своего рода квинтэссенцией официальной лжи.

Эскалация военной агрессии в Индокитае сопровождалась эскалацией пропагандистской деятельности Вашингтона. Например, президент Кеннеди, отдавая приказ

о посылке во Вьетнам двух тысяч американских солдат, в то же время распорядился подготовить «Белую книгу», оправдывающую расширение участия США во вьетнамской войне.

Одновременно с началом систематических воздушных налетов на ДРВ в марте 1965 г. американское руководство, как отмечается в докладе Пентагона, «приняло критическое решение — бросить в наступление два батальона морской пехоты, которые уже успели прибыть в Южный Вьетнам. 3500 морских пехотинцев высадились в Дананге 8 марта, и таким образом общая численность американских войск в Южном Вьетнаме была доведена до 27 ООО человек» 257.

А за день до высадки в Дананге государственный секретарь Раск утверждал в выступлении по телевидению, 4то морские пехотинцы посланы исключительно для обеспечения безопасности воздушной базы. Эта лицемерная ссылка агрессора на «необходимость обеспечения безопасности американских военнослужащих» впоследствии не раз использовалась для прикрытия актов военного разбоя во Вьетнаме, Камбодже и Лаосе. 1

и 2 апреля 1965 г. на совещании в Белом доме был окончательно решен вопрос о широком использовании американских войск в Южном Вьетнаме. Главный смысл решения президента Джонсона состоял в том, что отныне американские войска вводились в боевые действия наступательного характера. Это означало резкое расширение американской агрессии. В меморандуме № 328 «О действиях в области национальной безопасности», составленном в развитие директив президента, указывалось:

«Президент одобрил изменение задачи всех батальонов морской пехоты, дислоцированных во Вьетнаме, и разрешил использовать их более активно на условиях, которые будут установлены и утверждены министром обороны при консультации с государственным секретарем»36.

А вот что говорил президент Джонсон в самый канун принятия этих решений, отвечая на вопрос представителей прессы, намекавших на «новые драматические события» в войне: «Мне ничего не известно о какой-либо далеко идущей стратегии, кем-либо предполагаемой или кем- либо проводимой в жизнь...»37

Автор доклада Пентагона признает: «...изменение характера войны на суше... поставило перед президентом серьезные проблемы, как информировать общественность и как дальше осуществлять руководство». Хотя решение

об «участии американских наземных войск в наступательных противоповстанческих операциях» представляло собой серьезное и далеко идущее изменение политики, президент Джонсон очень заботился о том, чтобы этот шаг не получил широкой огласки.

В последнее время США также неоднократно прибегали к дезинформации при проведении своего агрессивного курса в Индокитае. Например, в июне 1970 г. Белый дом заявил, что в Камбодже не будет американских военных советников и что США не будут оказывать 38

«New York Times», June 15, 1971. 37

Ibidem.

Поддержки операциям южновьетнамских войск в этой стране. Вице-президент Агню во время визита в Пномпень летом 1970 г. также давал соответствующие «заверения». Однако в январе 1971 г., используя базирующиеся на авианосцах вертолеты и бомбардировщики «Б-52» и другие боевые самолеты, Соединенные Штаты стали открыто оказывать поддержку сайгонским войскам, ведущим наземные операции на камбоджийской территории. Официальный представитель правительства заявил, что в Камбодже нет никаких американских войск, а на следующий день американские военнослужащие были обнаружены в гражданской одежде в аэропорту камбоджийской столицы. В итоге министр обороны Лэйрд и официальный представитель госдепартамента, путаясь и противореча друг другу, были вынуждены признать факт присутствия в Камбодже американских «военных инструкторов».

Наращивание американо-сайгонских сил на границе Лаоса проходило в конце января 1971 г. в обстановке строжайшей секретности и военной цензуры. Всем служителям американской «свободной печати» в Южном Вьетнаме запретили не только передавать какие Оы тони было сообщения из северо-западных районов Южного Вьетнама, где проходило сосредоточение готовящихся к вторжению войск, но даже упоминать о самом факте введения цензуры. В то время как в американской столице разыгрывался фарс «неведения», американские военные вертолеты уже целую неделю перебрасывали южновьетнамские войска на территорию Лаоса. Так расширение агрессивных действий в Камбодже и Лаосе вновь продемонстрировало лицемерие политических деятелей США, выполнявших заказ военно-промышленного комплекса.

В начале 1972 г. в Вашингтоне разразился новый политический скандал в связи с утечкой информации о секретных совещаниях руководителей внешней политики США, проходивших в период индо-пакистанского конфликта. В руки американского журналиста Джека Андерсона попали секретные правительственные документы— протоколы заседаний Вашингтонской группы специальных операций в составе высокопоставленных представителей Белого дома, государственного департамента, Пентагона, ЦРУ. Документы раскрывают подлинную роль правительства США в индо-пакистанском конфликте.

«Во время индо-пакистанской войны американский народ вновь был введен в заблуждение своими руководителями,— пишет Джек Андерсон в «Вашингтон пост».— Секретные документы опровергают объяснение Белого дома по поводу посылки военно-морской оперативной группы в Бенгальский залив, заключавшееся в том, что главная ее задача состояла в эвакуации американских граждан. Из секретных документов Белого дома явствует, что эта оперативная группа, включая авианосец «Энтерпрайз», была послана в индийские воды для демонстрации силы»258.

В материале Вашингтонской группы специальных операций, помеченном 4 декабря, подчеркивается важность избежать огласки подлинной политики США в индопакистанском конфликте. Проводивший совещание помощник президента заявил, что «всякий, кто выдаст закрытую информацию, относящуюся к нынешней ситуации, навлечет на себя гнев президента»259.

Секретные протоколы заседаний указанной группы свидетельствуют об антииндийской позиции США. «Мы сейчас можем документально подтвердить, пользуясь секретными протоколами Белого дома,— пишет Дж. Андерсон,— что высокопоставленный представитель президента солгал журналистам, когда он сказал, что правительство Никсона не выступает против Индии»260.

И документы из архива Пентагона, и протоколы заседаний в «ситуационной комнате» Белого дома — звенья одной цепи нынешнего политического курса Вашингтона и одновременно убедительное свидетельство кризиса этого курса.

В наиболее сложные моменты во внешней политике, в то время когда правительство США предпринимает непопулярные в глазах населения акции и распространяет недостоверные сообщения, оно прибегает к жесткому контролю над информацией, т. е. к цензуре. Обычно этот контроль прикрывают разговорами о защите интересов «национальной безопасности».

Как правило, такой контроль над информацией принимает различные формы, преимущественно завуалиро ванные. Известен такой факт. Секретарь президента Кеннеди по вопросам печати Пьер Сэлинджер открыто признает, что во время Карибского кризиса правительство США ввело цензуру над информацией. «Вся информационная политика правительства,— признает он в своих воспоминаниях,— жестко и прямо планировалась. Планирование политики в отношении распространения новостей было передано в руки Исполнительного комитета Совета национальной безопасности». Координация решений Исполкома была передана в руки самого Сэлинджера, контролем над распространением военных новостей ведал в Пентагоне Сильвестер, а дипломатических — в государственном департаменте — Мэнинг. Сэлинджер лично проводил частые встречи с руководителями информационных агентств и крупнейших периодических изданий и давал им указания о характере информации, которая должна была публиковаться. 24 октября 1962 г. Сэлинджер передал руководителям прессы и информационных агентств специальный «Меморандум издателям и директорам радио- и телевизионных программ новостей» из 12 пунктов. В меморандуме содержалось указание, какая информация должна изыматься из статей и информационных программ261.

Весьма строгая цензура уже давно существует на выступления, будь то в письменной или устной форме, любого служащего федерального правительства по вопросам внешней политики. Согласно специальному приказу президента, все речи, заявления и статьи подобного рода должны быть предварительно просмотрены и одобрены в государственном департаменте США.

Жесткий контроль над средствами информации осу шествляется не только в периоды осложнения международной обстановки. Он действует постоянно. Одно из выражений этого — постоянный рост числа грифов секретности. Согласно федеральному законодательству, установлено три грифа секретности. Это — «конфиденциально», «секретно» и «совершенно секретно». Однако в государственных учреждениях Вашингтона в настоящее время неофициально применяется десяток других служебных грифов, таких, как «для ограниченного пользования», «только для официального пользования», «только для правительственного пользования», «только для чтения», «не для печати», «документ внутреннего пользования». Все это резко ограничивает доступ посторонних лиц к правительственной информации и мешает широким массам американцев получать сведения об истинном положении вещей по многим аспектам международной политики.

Все эти факты показывают истинную цену напыщенным разговорам о «свободах», якобы существующих в капиталистической Америке. На самом деле правящие круги страны, официальный Вашингтон в значительной степени установили государственный контроль над информацией, поступающей к населению. Этот контроль является одним из мощных рычагов управления всей пропагандистской машиной США.

Вместе с тем нельзя не видеть н того факта, что общее изменение в настроениях американских масс все больше побуждает государственных деятелей США отходить от антикоммунистических спекуляций и пытаться поднять свой авторитет конкретными делами, ведущими к ослаблению международной напряженности и улучшению советско-американских отношений.

<< | >>
Источник: ШВЕДКОВ Ю. А (отв.ред.). США: ВНЕШНЕПОЛИТИЧЕСКИЙ МЕХАНИЗМ. ОРГАНИЗАЦИЯ, ФУНКЦИИ, УПРАВЛЕНИЕ. 1972

Еще по теме ВОЗДЕЙСТВИЕ НА ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ США:

  1. 7. Опросы общественного мнения
  2. 1. Общество как проблема философии. Основные философские концепции общественной жизни.
  3. КОЛОНИАЛИЗМ: ОБЩЕСТВЕННЫЙ И КУЛЬТУРНЫЙ ПРОЦЕССЫ
  4. Российское общественное мнение как институт гражданского общества
  5. Российское общественное мнение как институт гражданского общества
  6. ВОЗДЕЙСТВИЕ НА ОБЩЕСТВЕННОЕ МНЕНИЕ США
  7. § 2. Процессуальный порядок применения поручительства общественной организации
  8. 9.1. Общественное мнение как социальный институт
  9. Глава восьмая НАЦИОНАЛЬНЫЕ МНЕНИЯ ВО ФРАНЦИИ
  10. Глава 27 Обращение к общественности
  11. Издательская программа Института Фонда «Общественное мнение»
  12. Лекция 6 Чарлз Кули. Первичная группа. Теория общественного мнения
  13. Лекция 7 Эмиль Дюркгейм. Общественное сознание. Социологический метод
  14. 1.2. Личностные и общественные ценности в журналистике
  15. Место и роль связей с общественностью в политической жизни современного общества
  16. Структура общественного мнения
- Альтернативная история - Античная история - Архивоведение - Военная история - Всемирная история (учебники) - Деятели России - Деятели Украины - Древняя Русь - Историография, источниковедение и методы исторических исследований - Историческая литература - Историческое краеведение - История Австралии - История библиотечного дела - История Востока - История древнего мира - История Казахстана - История мировых цивилизаций - История наук - История науки и техники - История первобытного общества - История религии - История России (учебники) - История России в начале XX века - История советской России (1917 - 1941 гг.) - История средних веков - История стран Азии и Африки - История стран Европы и Америки - История стран СНГ - История Украины (учебники) - История Франции - Методика преподавания истории - Научно-популярная история - Новая история России (вторая половина ХVI в. - 1917 г.) - Периодика по историческим дисциплинам - Публицистика - Современная российская история - Этнография и этнология -